Большие Противолодочные Корабли проекта 1134 А

Аварийность на Северном Флоте СССР.

kresta-ii — Fri, 19 Aug 2022 14:56:31 GMT

«Нет аварийности оправданной или неизбежной. Аварийность и условия ее возникновения

создают люди своей неорганизованностью, безответственностью и безграмотностью»

Главком ВМФ СССР С.Г. Горшков

Минно-торпедная аварийность

Считаю, что мне очень повезло. У меня не погиб и не покалечился ни один подчиненный. Хотя случаи предпосылок к этому были. Наверное, не доучил, за что прошу прощения.

На «Адмирале Юмашеве»

Я командир ракетной противолодочной группы. Приходит ко мне матрос Коробкин и сообщает: «У нас неисправность – на КТ-100 правого борта крышки не открываются при управлении с гидроблока». Спрашиваю его, все ли он проверил, что питание подано, управление включено с местного поста. Говорит, все проверил. Тогда требую, чтобы он подождал, а сам пошел за документацией в секретную часть. Однако сомнение свербило, я позвал командира центрального поста аппаратуры предстартовой автоматики и пошел сам проверить. Ну, так и есть! На приборе ПУ КТ-100 переключатель стоит в положении «Автомат»! Естественно, гидроблок с местного поста не включится!

Прибежал в помещение гидроблока и увидел ужасающую картину: Коробкин под напряжением (380 В!) уже наполовину разобрал магнитный пускатель, из которого снопами сыпались искры! Чуть не убил его сам вместо тока! Собирал пускатель уже сам, сняв питание со всего комплекса, от греха подальше.

Второй случай, я уже командир БЧ-3. Погрузка реактивных глубинных бомб РГБ-60. Для ускорения процесса обычно не использовали грузовую балку и погрузочное устройство. Бомбу руками ставили на каретку подъемника, осторожно вручную опускали в трубу и, когда стабилизатор бомбы входил в нее, по команде с палубы в посту пускали насос и опускали бомбу в погреб.

Перед погрузкой специально предупредил всех, чтобы брались за стабилизатор бомбы сбоку, а не снизу. Однако не все хотели пачкаться в смазке, нужно было следить.

Немного отвлекся и вдруг слышу голос из поста наводки: «Кто тут пальцами разбрасывается?» Мой матрос Стасис Зандовас все-таки взялся за бомбу под стабилизатор, и когда при нестравленном давлении насоса она резко пошла вниз, ему отрубило последнюю фалангу пальца, попавшую между стабилизатором бомбы и краем трубы подъемника. Зандовас бегом пустился в амбулаторию.

Начмедслужбы Логинов аккуратно зашил рану так, что почти сразу кровотечение остановилось. После этого Стасис просил у меня прощения: «Я вас не послушался, сам виноват, не говорите никому». Однако я себя потом до самого его увольнения в запас корил себя за этот случай. Стасису еще повезло, что он взялся за стабилизатор, а не за корпус двигателя – ему тогда бы отсекло всю кисть.

Стал я флагманским минером, командиром БЧ-3 стал Сергей Лукьянов. Мужик он был знающий и требовательный, поэтому, когда корабль грузил торпеды, проверил готовность и потом старался не вмешиваться.

Первая же торпеда после переноса с торпедовоза на корабль ухнула с высоты метра 2 на торпедную тележку. Хорошо, никого под ней не было. Оказалось, что при стравливании троса с лебедки грузовой балки соскочил шлаг.

Разбор выявил, что зачем-то понадобилось менять тросы на лебедках грузовых балок, хотя они были нормальными. При этом, по привычному боцманскому старанию прихватить побольше, на лебедки намотали несколько метров лишнего троса. В результате лишний трос лег на барабан не шлаг к шлагу, а поверх нижних. После замены тросов балки на полный спуск-подъем не проверили, а просто приподняли и опустили на кильблоки катера, типа «испытали».

На «Адмирале Нахимове»

Старый, самый опытный из «румын», из механиков, чинивший вооружение множество раз, мичман Ушаков Николай Никитич во время месячного осмотра открыл соединительный ящик в агрегатной №12 и обнаружил, что соединительные платы покрылись зелеными окислами. Работа не сложная: снял питание, повесил предупредительную табличку, известил командира БЧ-3. И взялся за работу.

Вентиляцию в посту он не включил. В результате чистки плат надышался окислами меди, сильнейшим ядом. И, главное, он знал об этой опасности, сам потом сказал, что просто забыл. В результате ему разнесло всю гортань. Несколько недель потом лечился.

Погрузка торпед. Через час прибегает командир БЧ-3 Николай Бобраков и просит дать с другого корабля торпедную тележку – своя сломалась. Спрашиваю: «А вторая?» И вторая, говорит, тоже. Ну, думаю, наверное не проверили масло в тележках, вот они и не поднимают желоба.

Передал просьбу Лукьянову, тот дал тележку с «Юмашева». Через некоторое время опять приходит Бобраков с просьбой дать тележку. Тут уж я бегом побежал на «Нахимов» чтобы проверить, что за чудеса с тележками.

Оказалось следующее. В районе левой площадки АК-725 стояла большая, метров 5, штыревая антенна средневолнового передатчика. От долгого воздействия соленой воды на алюминиево-магниевый сплав и раскачки антенны ее кронштейн с изолятором отвалился, лопнув по сварному шву. Кронштейн переварили на новое место, ближе к корме. В результате для того, чтобы положить торпеду на торпедную тележку рядом с развернутым торпедным аппаратом, ее приходилось вручную отводить и наклонять хвостом вниз. Вот эти две тонны, которые удержать вручную было практически невозможно, и сваливались на торпедную тележку, выводя из строя гидравлику.

На «Кронштадте»

В середине 1980-х было такое дурацкое, на мой взгляд, мероприятие, как «показная сдача кораблем задачи К-1». На корабль собирали со всего флота командиров соединений и им показывали, как корабль задачу сдает, а штаб принимает. Ага, можно подумать, что командиры дивизий и бригад, прошедшие должности старпомов и командиров кораблей, принимавшие каждый год такие задачи от своих кораблей, сами не знают!

Назначили «Кронштадт» на такое мероприятие. Куча капитанов 1 ранга и адмиралов. Ну, там смотр корабля, строевой смотр и все такое. Завершается мероприятие показным корабельным боевым учением «Приготовление корабля к бою и походу».

Перед началом учения старшина команды ракетной противолодочной группы Юрий Цывалюк пришел к командиру РПГ Валерию Грушко и спросил разрешения устранить неисправность в 5-м контейнере правой КТ-100. Там у них при погрузке ракет нечаянно выдернули кабель из разъема поджига стартового двигателя. Грушко запретил: «Ты что? Узнают о неисправности, всему кораблю двойку за задачу поставят!». Цывалюк пробурчал: «Вечером опять на сход не пустите» и ушел в свой пост, агрегатную №11.

В посту Юра скомандовал командиру отделения готовить переноску и паяльник, чтобы разъем чинить. Грамотный старшина спросил, есть ли разрешение, на что Цывалюк ответил утвердительно. Чтобы никто ничего не знал, открыли потихоньку крышки контейнера ручным насосом, отдали разъем АЭРУ-129 от ракеты и, стоя на крышке, Цывалюк приступил к работе.

В это время все по графику: наружный осмотр, проверка сопротивления изоляции, проворачивание вручную и т.д.

Настало время проверок в электрическую. Грушко подал команду в ЦП АПА, подали питание. Грушко нажал кнопку «Проверка» на приборе 101Р, началась проверка ракет. То ли он не обратил внимание, то ли не хотел говорить (что скорее), но на одном из цифровых индикаторов светились нули – ракета-то отстыкована! Остальные ракеты выдали готовность. Грушко доложил «Ракеты исправны» и нажал кнопку «Отбой». По этой электрической команде комплекс автоматически приводится в исходное.

В это время в ЦП АПА радиомеханики видели, что на стойке №5 не горит лампа «Крышки закрыты». При этом «Крышки открыты» тоже не горела (перегорела). Вместо того чтобы доложить, начали проверять лампочки и разъемы.

Счастье Цывалюка было, во-первых в том, что на «Кронштадте» стояла насосная станция старого, гидроаккумуляторного типа с маломощным электрогидронасосом, из-за чего давление в системе росло постепенно, а во-вторых, в том, что по своей безграмотности Юра перекрыл азотные и масляные клапана не так, как надо. В общем, при приведении комплекса в исходное крышки контейнера пошли на закрытие и Юру зажало поперек остаточным давлением. Если была насосная станция нового типа (она поднимает давление до 210 кг/кв.см за пару секунд), его просто перекусило бы крышкой о край трубы контейнера!

Картина: на ЦКП прибегает старшина и кричит: «Там мичмана крышкой зажало!» Грушко, а за ним вся толпа начальников бегут наверх, выбегают на шкафут и видят прижатого и орущего мичмана. Грушко вбегает в гидроблок и пытается открыть контейнер. Но давление уже стравилось, и пусковая в режиме дистанционного управления, крышки не открываются.

Грушко кричит: «Я знаю, что делать!» и бежит на ЦКП. Все начальники за ним. Грушко хватает микрофон и командует: «Четвертый! Открыть пятый контейнер с прибора 116!». Моряки четко исполняют команду и давят кнопку «Открыть» на приборе 116-5.

Грушко снова вместе с толпой начальников бежит к пусковой. Картина маслом: Цывалюк лежит на палубе, к которой его прижала открывшаяся крышка, и продолжает орать, из-под крышки торчат только голова, ноги и руки.

Грушко снова: «Я знаю, что делать!» и бежит на ЦКП. Все начальники за ним. Грушко хватает микрофон и командует: «Четвертый! КТ-100 в режим «Ручное!». Моряки четко исполняют команду и ставят переключатель на приборе ПУ КТ-100 в положение «Ручное».

Грушко бежит к пусковой (все опять за ним), забегает в гидроблок и ручным насосом приподнимает крышку. Цывалюк встает, из куртки торчат 2 сломанных ребра, и говорит: «Ну ее на хер, никогда больше к ней не подойду». Отвели бедолагу в санчасть и вызвали скорую. Больше Юра действительно к КТ-100 больше не подходил, потом перевелся служить в 684 учебный центр.

История имела продолжение. На следующий год приехала инспекция. На учении в море корабли нашей бригады должны были осуществлять оборону крейсера «Киров», при этом «Нахимов» и «Кронштадт» должны были стрелять по подводной лодке ракетами и торпедами.

Мне как-то удалось краем глаза взглянуть на кальку, которую инспектор капитан 1 ранга Косов снял с плана учения. Координат я, конечно, не увидел, но общий порядок маневрирования подводной лодки запомнил и доложил комбригу.

На учении воздушное противолодочное охранение осуществляли самолет Бе-12 и пара вертолетов Ка-25 с наших кораблей. Минут через 40 после погружения подводной лодки (контролером у нее был «Адмирал Макаров», так что время начала маневрирования ПЛ мы знали) говорю комбригу: «Идет завал мероприятия. ПЛ уже прошла барьер буев необнаруженной. Надо поднимать вертолеты». Вертолеты через 15 минут взлетели и по нашей команде начали поиск в 15 километрах по курсу ордера кораблей.

Где-то на 3 – 4 зависании вертолеты взяли контакт. Командир БЧ-7 «Нахимова» Володя Лошаков кричит: «Обнаружена ПЛ, данные совпадают!». Инспектор аж подпрыгнул: «С чем данные совпадают?» Я ему подсунул план ПЛО соединения и говорю, мол, совпадает с нашими расчетами, что лодка начнет выход в позицию атаки из этого сектора. Инспектор успокоился и дал разрешение на выполнение боевых упражнений.

Дали команду кораблям на стрельбу ракетами («Нахимов» двумя, «Кронштадт» одной) и вертолетам курс отлета. «Нахимов» отстрелялся, а у «Кронштадта» ракета не сошла. Начальник минно-торпедного управления с «Кирова» разрешил выстрелить ракету в аварийную. Однако и в аварийную ракета не вышла. При этом корабли наползают на подводную лодку, «Нахимов» уже взял контакт и надо стрелять торпедами, а от «Кронштадта» из-за несошедшей ракеты на 15 минут опасный сектор на треть горизонта!

«Нахимов» отстрелялся торпедами и свалил за корму «Кроштадту». Тот, бедняга, не зная как повернуться, чтобы не создавать опасность, все-таки принял контакт, выстрелил торпеды и наконец-то ракету выстрелил.

Как потом оказалось, большие «специалисты» на «Кроштадте» все-таки спаяли разъем, но неправильно. Цепь поджига стартовиков имела отдельную цепь заземления, а они ее соединили с общим «минусом», вот напряжения и не хватало. Помощник флагмина эскадры Виктор Рымарь, который был на «Кронштадте», вместе с «румынами», рискуя жизнью, протянул провода от агрегата из агрегатной №11 напрямую к ракете. Пуск агрегата и запустил стартовики ракеты.

А подводники могли устроить столкновение с кораблями почти на год раньше, чем это произошло 14 февраля 1986 года с «Нахимовым». После того, как «Нахимов» отстрелялся торпедами (на лодке торпеды хорошо слышно), командир ПЛ решил, что боевые упражнения кораблей закончились и он может выходить в атаку на «Киров». Чтобы сориентироваться, ПЛ подвсплыла и подняла перископ, в который увидела несущийся на нее «Кронштадт». Дав ход 30 узлов, лодка стремительно пошла на глубину и в сторону. В результате «Кронштадт» торпедами промазал. Торпеда с «Нахимова» навелась на ПЛ, поэтому зачет мы все-таки получили, хотя ракетами и не попали.

(c)-2022 Я. Хохлов

Командир эскадры Радзевский Геннадий Антонович

Хохлов — Wed, 21 Oct 2015 09:39:37 GMT

Блуждающие в сети высказывания нашего заслуженного адмирала вызвали у меня обиду. Как будто больше нечего сказать об этом человеке!
Моя служба в штабе 7 Оперативной эскадры кораблей Северного флота, которым руководил Геннадий Антонович Радзевский, пришлась на непростое время с середины до конца 1990-х. Массовые сокращения Вооруженных Сил, отсутствие даже хотя бы какого-то приемлемого обеспечения сил флота порождали в офицерах чувства обреченности, ненужности, а в некоторых – и безответственности. В силах постоянной готовности практически оставались единицы кораблей. По меркам СССР эскадра уже не представляла собой боеготового объединения.
Руководить штабом оперативной эскадры в составе 80 человек было в то время, я думаю, не просто сложно, а запредельно сложно. Несмотря на плачевное состояние флота, боевая и оперативная подготовка продолжали проводиться по руководящим документам, уже не соответствовавшим реальной обстановке. На 10 месяцев учебы приходилось от 9 до 12 крупных мероприятий, от планирования на новый год и оргпериода до оперативно-стратегического учения в составе флота, в которых был задействован весь штаб эскадры. Мне кажется, только такая личность, как Г.А. Радзевский, могла обеспечить такое руководство, когда штаб все-таки со всем этим справлялся.
Несмотря на то, что по предыдущей службе Геннадий Антонович был «балтийцем», за ним нельзя было заметить и признака какой-то некомпетентности, незнания особенностей Северного флота. Однажды штаб СФ на какое-то учение выдал задание без учета гидрометеорологической и ледовой обстановки, поскольку мероприятие проводилось в виде игры на картах. Радзевский тогда намекнул кому-то в штабе флота, что эскадра будет выполнять задачу, стоя на якорях в губе Териберской, поскольку отведенный ей район в указанное время покрыт льдом, а переход в него в условиях штормовой погоды не обеспечит боевой устойчивости сил. Штабу СФ пришлось скорректировать задание выдачей условной погоды и границы льда в Баренцевом море.
Как и всякого руководителя, был у Геннадия Антоновича и свой «пунктик». Это уже, наверное чисто штабное – на всякое действие, даже и незначительное, он требовал план подготовки и выполнения, за что получил в штабе прозвище «пванчик». Но это были не бумаги ради простого отчета: НШЭ всегда добивался полного выполнения утвержденных им или комэском планов. Иногда это требовало значительных усилий, люди-то в штабе были очень разные. Поэтому зачастую Радзевскому приходилось собирать штаб не только на утреннее ориентирование, но и после обеденного отдыха. Меня это сильно напрягало: я в обед почти никогда не отдыхал – просто тогда не хватало бы рабочего дня. А для этой дополнительной «пятиминутки» приходилось с сопки, где располагался штабной корпус с секретной частью и «чертежкой», тащиться на крейсер, а потом обратно. А к 17.20 опять – уже на вечерний доклад к нач.штаба.
Не могу не отметить, что у Геннадия Антоновича никогда, ни при каких условиях не проявлялось никакой личной симпатии или антипатии к подчиненным. Каждый получал то, что заслуживал. Непривычным (для флотского уха) в нем было и то, что никогда ни одного слова мата или просто неприличных выражений он не допускал. Да, за острым словом могла проглядывать и характеристика того или иного персонажа. НО! Никогда Геннадий Антонович никого не унизил. В то же время попробуйте без подготовки выдать такую сентенцию (см. Интернет), которые Радзевский выдавал почти на каждой «пятиминутке»! Так и хочется привести цитату из «Человека-невидимки» Г. Уэллса: «Раздавалась изысканная брань, по которой можно было определить образованного человека».
Еще можно отметить такие качества Геннадия Антоновича, как способность быстро, но вдумчиво анализировать обстановку и принимать правильные решения. Заготовки планов, которых была масса, всегда им проверялись тщательно. Казалось, что он разбирался во всех вопросах. В то же время это не было мелочностью: Радзевский хорошо знал, кому из подчиненных в какой степени можно доверять и кто чего стоит в профессиональном плане. Поэтому, наверное, штаб и успевал справляться с бумажной лавиной – ведь только для тактического учения группировки разнородных сил нужно было разработать несколько десятков графических и текстовых документов!
Однажды штаб эскадры проводил такое учение в море. Группировку обозначали таркр «Адмирал Нахимов», эсминец «Бесстрашный», полк морской ракетоносной авиации, подводная лодка и береговой ракетный дивизион. После нескольких суток учения, когда и погода не баловала, штаб был уже достаточно утомлен. В это время силы, обозначавшие противника, подошли к рубежу обнаружения. Я нес дежурство на посту общей обстановки КП штаба группировки, когда поступил доклад об обнаружении КУГ «западных» от подводной лодки. По команде Радзевского было выдано распоряжение полку МРА, который произвел доразведку своей разведывательно-ударной группой самолетов. Нужно было срочно готовить главный совместный удар по противнику. На мой вопрос, объявлять ли тревогу штабу, Радзевский сказал: «А мы что, сами не справимся? Проанализируйте точность ЦУ и выдайте координаты и параметры движения цели на время удара» и назначил время «Ч». Докладываю, что в районе цели, скорее всего, наибольшую точность нужно ожидать от подводной лодки, и получаю утверждение своих данных. Дежурный расчет КП быстро готовит распоряжения, которые тут же подписывает Геннадий Антонович. Совместный удар получился, точность ЦУ обеспечила высокую вероятность поражения целей.
После В.Г. Доброскоченко Геннадий Антонович Раздевский был, считаю, совершенно заслуженно назначен командиром 7 ОпЭск. Второго такого достойного на эту должность человека не знаю. Вряд ли кто-то мог составить ему конкуренцию.
Уход в запас Г.А. Радзевского по возрасту – это потеря для флота. Хотя, наверное, его опыт и эрудиция уже становились не нужны стоячему и слегка водоизмещающему сборищу вооруженных судов. Наверное, он мог бы занять и более высокую должность, тем более, что до эскадры закончил Высшую Академию Генштаба. Мне кажется, он уже просто не захотел. Предполагаемые обязанности по более высокой должности, скорее всего, входили бы в конфликт с порядочностью Геннадия Антоновича. Он один из немногих адмиралов, кто гласно, резко и честно высказался против расформирования 7 Оперативной эскадры.
Да, язва, да, любитель «планчиков». Но ведь УМНИЦА!
Спасибо Геннадию Антоновичу за незабываемую совместную службу!

Космический старт

maksimov — Tue, 03 Feb 2015 11:45:29 GMT

8-я
оперативная эскадра кораблей
(хроника создания в зоне Индийского океана
8-й оперативной эскадры кораблей ВМФ) 1967 – 1992 гг.

Капитан 3 ранга Дмитриев Владимир Васильевич.
Фотография 1982 г.

В преддверии одного из юбилеев, ко мне настоятельно обратились давние сослуживцы с просьбой поделиться воспоминаниями о наиболее памятных событиях славного прошлого нашего Военно-морского флота, в которых я принимал непосредственное участие.
Мне посчастливилось прослужить в ВМФ на различных должностях, непосредственно связанных с боевым применением дальней оперативной связи ВМФ, более тридцати лет и быть не только очевидцем, но и участником многих событий, происходивших в СССР, России и в мире.
Размышляя о чем написать, дома я неоднократно останавливался около серванта и горки, за стеклом которых у меня бережно хранятся сувениры из разных стран. Вот кораллы и ракушки из районов островов Дахлак, Сокотра, архипелага Чагос, Кубы, из Индии и других мест, а вот кусочек, похожий на пенопласт, на разломе белый, с другой стороны отполированный и черный, как антрацит и, даже, словно обожженный...
Об истории этого кусочка речь будет идти далее в настоящем повествовании. Я решил написать о некоторых аспектах одного сложного мероприятия, проведённого ВМФ, обеспечение которого было спланировано и проведено коллективом 109 Центра дальней оперативной связи ВМФ (109 ЦУДОС ВМФ), и в котором, я имел честь прослужить 14 лет.
В самом начале 80-х годов, СССР подошёл к практическому созданию пилотируемых космических кораблей многоразового использования "Буран", предназначенных для освоения космического пространства и обеспечения стратегического паритета СССР в мире.

«БОР-2»
Прототипом "Бурана" стала условно уменьшенная его копия и внешне на него непохожая - изделие "БОР" ("Беспилотный орбитальный ракетоплан"), на котором в экстремальных условиях космоса, практически должны были опробованы различные инженерные решения наших ученых (на плазму, маневрирование и т.д.).
"БОР" - это модернизированное изделие одной из модификаций пилотируемого воздушно-космического самолёта военного назначения, производство которого было приостановлено.
Первое испытание космического аппарата, изделия "БОР-4", этой модификации в ограниченном масштабе было успешно произведено в 1980 году с полигона ракетных войск стратегического назначения "Капустин Яр" с приземлением изделия на полигон "Балхаш" без участия сил и средств ВМФ.
Для полномасштабных испытаний инженерных решений "БОРа" необходимо было совершить изделием хотя бы один виток вокруг Земли.
Учитывая степени международных рисков при проведении полномасштабных испытаний "БОРа", а дело в том, что для вхождения в плотные слои атмосферы Земли и последующего приземления на парашюте в заданном районе СССР тормозные двигатели "БОРа" должны были включаться над густонаселенными районами Западной Европы и в случае нештатной ситуации, весьма вероятной из-за новизны решений космического аппарата, могли возникнуть для нашей страны серьезные внешнеполитические проблемы.
Принимая во внимание возможные последствия, Центральным комитетом КПСС и Правительством СССР было принято решение провести полномасштабные испытания "БОРа" с приводнением его в относительно пустынный район Южного полушария в Индийском океане - приблизительно в 1000 км западнее Австралии (южнее Кокосовых островов). Указанная точка приводнения аппарата находилась на другой стороне Земного шара - практически на антиподе Москвы (пространственный размах составил приблизительно 20 000 км).
В 1981 году Военно-Морскому Флоту СССР были поставлены задачи:
- первая - создание необходимой группировки сил и средств подъема, охрана и оборона объекта, сам подъем, эвакуация из заданного района приводнившегося космического аппарата;
- вторая - организация управления поисково-спасательного мероприятия и обеспечение связи не только с силами ВМФ в море, но и с взаимодействующими командными пунктами управления Вооружённых сил СССР и гражданских организаций.
Кроме того, главной задачей было не только поисково-спасательное мероприятие, проводимое ВМФ, но и немедленное получение представителями промышленности и научно-исследовательских институтов (НИИ) прямо на месте в море первичных результатов о работе изделия, передача их по каналам связи ВМФ своим руководителям для последующего доклада высшему руководству СССР.
По существу, главная тяжесть и ответственность по обеспечению поисково-спасательного мероприятия и по обеспечению испытания "БОРа" от момента старта изделия и до доставки его в СССР ложилась на Военно-Морской Флот.
Подобные масштабные и сложные задачи по обеспечению управления и постоянной связи, то есть в реальном масштабе времени, с корабельной группой кораблей ВМФ и с отдельными кораблями этой группы, находящимися в таком удаленном районе Мирового океана с тяжёлыми условиями распространения радиоволн, ставились Военно-Морскому Флоту не часто

«БОР-3»
Решение этих задач осложнялось жёсткими требованиями по обеспечению передачи больших потоков информации, состоящих из команд управления, траекторной (о местоположении изделия в пространстве) и телеметрической (о работе систем изделия) информации, информации по вопросам поиска и подъема космического аппарата, погоды, разведки, а также по вопросам химической безопасности, разминированию изделия, консультаций представителей промышленности, другим вопросам и всё это - срочно и одновременно. Кроме того, сама передача по телефонным каналам траекторной и телеметрической информации с кораблей в море на Центральный командно-измерительный комплекс, находящийся в Подмосковье, в реальном масштабе времени тогда ВМФ не применялась (такая аппаратура на кораблях ВМФ не имелась и передача информации производилась по телеграфным каналам после соответствующей ручной обработки на корабле - командно-измерительном комплексе (кик) ВМФ).
Все задачи управления должны были решаться в реальном масштабе времени, а связь требовалось организовать как с командным пунктом (КП) походного штаба группы кораблей, так и в нужный момент с отдельным кораблём этой группы в море не только от Главного штаба ВМФ (ГШ ВМФ), но и от множества командных пунктов: видов вооруженных сил СССР, полигона запуска "Капустин Яр", пунктов траекторных и телеметрических измерений, различных пунктов управления промышленности и НИИ. Обстановка осложнялась еще и тем, что каждый участник мероприятия себя-то считал наиглавнейшим.
Требовалось создать такую организацию связи под единым управлением ВМФ, которая позволяла решить поставленные задачи.
Предшествующий опыт особо сложных и масштабных мероприятий ВМФ, непосредственным участником которых был и я, таких как: обеспечение связью Генерального секретаря ЦК КПСС при его перелётах из Москвы в США, на Кубу и обратно в 1973-1974 годах (мероприятия "Кавказ-6", "Кавказ-6К"), арабо-израильская война 1973 года, когда одновременно обеспечивалась связь Центрального командного пункта ВМФ (ЦКП ВМФ) с 50 кораблями 5 Оперативной эскадры ВМФ (5 Опэск ВМФ) в Средиземном море, других зон войн и конфликтов по всему миру, районов аварий, разведки, учений, а также обеспечение связью испытаний ракетного, ядерного оружия и новой космической техники, полетов космонавтов и другие, помог разработать уникальную на тот период организацию связи, подготовить силы и средства, решить организационные и технические вопросы.
Непосредственно ответственным за подготовку, координацию и проведение этого мероприятия от службы связи ВМФ, по представлению начальника связи ВМФ, распоряжением начальника Главного штаба ВМФ был назначен тогда ещё только старший офицер отдела боевого применения космических и автоматизированных систем связи ВМФ 109 ЦУДОС ВМФ капитан 3 ранга Дмитриев Владимир Васильевич, имевший также большой практический опыт и по организации радиосвязи с береговыми узлами связи, кораблями и подводными лодками ВМФ в море.
Оговорюсь, что в разработке, подготовке и в самом проведении этих мероприятий участвовали по линии связи ВМФ многие сотни толковых людей, перечислить которых, к сожалению, не представляется возможным, как не представляется возможным перечислить тысячи военнослужащих и гражданских служащих Генерального штаба, различных видов вооруженных сил, войсковых частей, НИИ, узлов связи, гражданских специалистов различных министерств, ведомств и организаций.
Задача управления силами ВМФ в таком удалённом районе, а без связи нет управления, могла решаться только комплексным, массированным использованием каналов космической (основная связь) и традиционной радиосвязи (резервная), многократно зарезервированной.
Однако, на тот исторический момент (1981 год) система космической связи ВМФ для постоянной работы в реальном масштабе времени для обеспечения телефонной и телеграфной связи кораблей ВМФ в любом районе Мирового океана в Единой системе комической связи (ЕСКС) МО СССР через геостационарные "Грань" и высокоэллиптические космические аппараты "Молния-3" еще только создавалась, хотя на береговых узлах связи ВМФ в СССР и за рубежом эта космическая связь уже нашла широкое применение.
Весь парк кораблей, вооруженных станциями космической связи для работы в ЕСКС МО СССР, на всех флотах ВМФ составлял всего 5 единиц. Все станции космической связи были опытными (экспериментальными) образцами, обсуживались представителями промышленности, и не могли гарантировано обеспечить круглосуточную связь. Кроме того, для выполнения таких задач в сложных погодных условиях и на длительный период времени эти корабли по различным причинам не могли выйти в море в назначенные сроки.
Принятие на вооружение, серийное производство промышленностью и массовое вооружение такими станциями космической связи кораблей ВМФ, а также занятие лидирующего места космической связи в системе связи ВМФ, произошло позже и заняло годы (14 лет моей службы в 109 ЦУДОС ВМФ).
Из этой сложной ситуации со связью помогло личное обращение 109 ЦУДОС ВМФ к лётчику-космонавту СССР N 2 генерал-лейтенанту Титову Герману Степановичу, заместителю начальника Главного управления космических средств МО СССР, председателю Госкомиссии по испытаниям беспилотных ракетопланов.
Просьба выделить в качестве корабля-ретранслятора для ВМФ одно из трёх судов 3 Отдельного морского командно-измерительного комплекса (базирующихся в г. Ленинграде) и вооруженного нужной нам станцией космической связи была удовлетворена.
Суда, к тому же, имели на вооружение штатные: аппаратуру приёма траекторией и телеметрической информации и аппаратуру автоматизированной передачи этой информации на подмосковный Центральный командно-измерительный комплекс (ЦКИК) по каналам космической связи.

К этому мероприятию по плану 109 ЦУДОС ВМФ в Ленинграде стали готовить сразу 3 судна, но основным стало научно-исследовательское судно (нис) "Космонавт Георгий Добровольский" ("КГД"), нис "Космонавт Пацаев" и "Космонавт Беляев" - резерв.
К этому времени, определился и в ВМФ состав корабельной группы, направляемой в Индийский океан, в количестве шести кораблей (два из них были вооружены средствами космической связи других космических систем связи):

«Космонавт В.Пацаев»

«Космонавт Павел Беляев»

кик "Чумикан"
- командно-измерительный комплекс (кик) ТОФ "Чумикан" (г. Петропавловск-Камчатский) - КП походного штаба;
- поисково-спасательные корабли (пск) ЧФ: "Ямал" - основной, "Апшерон" и "Баскунчак" - резервные (г. Донузлав Крымская область);
- большой противолодочный корабль (бпк) ТОФ "Чапаев" (г. Владивосток) - корабль охранения;
- танкер ТОФ (г. Владивосток).

Нис "КГД" был вооружен станцией космической связи "Хрусталь", позволяющей работать в Единой системе космической связи (ЕСКС) МО СССР в сантиметровом диапазоне через геостационарные и высокоэллиптические космические аппараты и обеспечивать работу трёх телефонных и двух телеграфных каналов открытой (незасекреченной) связи одновременно. На судах 3 Отдельного морского командно-измерительного комплекса засекречивающей аппаратуры связи не имелось и установить её было нельзя (иначе бы они потеряли статус гражданских судов), что и потребовало разработки уникальной на то время организации связи, отвечающей всем требованиям режима секретности.
В кратчайшие сроки были разработаны, согласованы, утверждены в различных инстанциях комплекты документов: Распоряжение по связи ГШ ВМФ на мероприятие и различные Планы подготовки, перевооружения (довооружения) новой техникой, личным составом, средствами связи и обеспечения командных пунктов, узлов связи и кораблей по линии связи, независимо от ведомственной принадлежности участников. Немедленно было начато их исполнение.
Распоряжением по связи на мероприятие было запланировано задействовать через корабль-ретранслятор космическую связь в направлениях:
ГШ ВМФ - нис "КГД" - телефонная оперативная связь с использованием специально разработанных переговорных таблиц;
ЦКИК - нис "КГД" - передача траекторией и телеметрической информации;
ЦКИК - нис "КГД" - телефонная служебная связь;
ЦКИК - нис "КГД" - телеграфная служебной связь;
ГШ ВМФ - кик "Чумикан" - телеграфная засекреченная связь по двум кратам.
Два крата телеграфной засекреченной связи - это фактически две телеграфных связи, одна из которых через коммутатор была подана на КП поисково-спасательной службы ВМФ (ПСС ВМФ), а другая предназначалась для выдачи транзитов на другие командные пункты или(и) для связи с пск "Ямал", работающему по радиоканалу с кик "Чумикан".

ПСК "Ямал"
Эта телеграфная засекреченная связь на аппаратуре ЗАС Т-206 организовывалась ГШ ВМФ комбинированным использованием космического, с нис "КГД", и радиоканала, с кик "Чумикан". Радиоканал "КГД - Чумикан" был задублирован на трёх частотах KB и УКВ диапазонов; таким образом нис "КГД" производил у себя коммутацию космического и одного - лучшего качества радиоканала, осуществляя транзит связи - ретрансляцию связи в указанном направлении. Например, по первому крату организовывалась прямая телеграфная засекреченная связь ПСС ВМФ - пск "Ямал" по составному каналу через "КГД" - "Чумикан" - "Ямал" и одновременно по второму крату - связь ЦКИК - "Чумикан" или с другими КП и организациями по необходимости.
Самому же нис "Космонавт Георгий Добровольский", кораблю-ретранслятору, было запланировано работать в Единой системе космической связи МО СССР через геостационарный космический аппарат (КА) с одним из береговых узлов МО СССР на Дальнем Востоке и далее транзитом так же по космосу с Москвой, то есть в два космических скачка, так как из-за огромных расстояний между судном и Москвой одновременное нахождение их в зоне радиовидимости (связи) одного геостационарного КА (находящегося над экватором на высоте 36 тысяч километров) невозможно.
Кроме этого, удалось также спланировать и организовать оперативную телефонную космическую связь непосредственно между кик "Чумикан" и КП ПСС ВМФ по другой системе космической связи в ДЦВ диапазоне через высокоэллиптические космические аппараты "Молния-1" в открытом режиме сеансами. Связь планировалось осуществлять только сеансами по причине огромных расстояний, так как зона взаимной радиовидимости (связи) через эти КА возникала между Москвой и кик "Чумикан" только на самых низких углах пролёта КА, уже над горизонтом, и длилось это не долго.
Кроме того, планировалось использовать в качестве резервной действующую систему космической связи ВМФ через низкоорбитальные космические аппараты для связи с бпк "Чапаев" в режиме "с переносом информации", однако в последний момент, уже в море, этот корабль охранения был заменен другим.

Большой противолодочный корабль проекта 1134-А "Василий Чапаев"
1973 - 1993
11 июня 1970 года зачислен в списки кораблей ВМФ и 22 декабря 1973 года заложен на заводе имени А.А.Жданова (Северная верфь) в Ленинграде (заводской № 729),
спущен на воду 28 ноября 1974 года, вступил в строй 30 ноября 1976 года и 2 февраля 1977 года включен в состав КТОФ.
С 16 по 21 декабря 1977 года нанес визит в Бомбей (Индия) и с 8 по 12 мая 1982 года - в Викторию (Сейшельские острова).
30 июня 1993 года разоружен, исключен из состава ВМФ в связи с передачей в ОФИ для демонтажа и реализации и 31 декабря 1993 года расформирован.

Водоизмещение; полное 7535, стандартное 5600 т; длина 159 м, ширина 16,8 м, осадка 5,84 м. Мощность ПТУ 2x45 000 л.с.; скорость хода: максимальная 32, экономическая 18 уз.; дальность плавания экономическим ходом 5 200 миль.
Вооружение: 2x4 ПУ ПЛРК "Метель" (8 ракето-торпед), 2x2 ПУ ЗРК "Шторм" (48 ракет), 2x2 57-мм ЗИФ-72 и 4x6 30-мм АК-630 орудий,2x5 533-мм ТА, 2х12 РБУ-6000 (144 РГБ-60), 2х6 РБУ-1000 (48 РГБ-10), 1 вертолет Ка-25.
Экипаж 343 человека, в том числе 33 офицера.
Разработанная организация связи на этом мероприятии предполагала и широкое использование средств радиосвязи кораблей отряда. Радиосвязь планировалось организовать через береговые территориально разнесенные узлы связи: Центральный узел связи ВМФ (г. Москва), узел связи ТОФ (Владивосток), Зональный узел связи (ЗУС) - 3 (Йемен), ЗУС - 5 (Вьетнам), ЗУС - 1 (г. Фрунзе), КП 8 Опэск ВМФ (на тот период район о. Сокотра - Индийский океан), другие узлы связи по всему миру. Из них самыми перспективными по условиям благоприятного условия распространения радиоволн были зональные узлы связи ВМФ во Вьетнаме и в г. Фрунзе Киргизской ССР.
Организованные телеграфные радиоканалы с кик "Чумикан" и пск "Ямал" на аппаратуре ЗАС Т-206 планировалось подать транзитом по космическим каналам ЕСКС МО СССР от этих узлов связи ВМФ в Главный штаб ВМФ для резервирования космической связи ГШ ВМФ с кик "Чумикан" через нис "КГД" (основная связь), и организации транзитов на другие КП. Слуховая засекреченная связь на аппаратуре ЗАС Т-600 планировалась как последний "горячий" резерв связи. Телефонная засекреченная радиосвязь на аппаратуре ЗАС Т-222 не считалась возможной, если только при самых благоприятных условиях распространения радиоволн короткими сеансами.
Решение, с какими узлами связи ВМФ конкретно организовывать радиосвязь, должно было приниматься на кораблях отряда централизовано, на месте проведения поисково-спасательной операции, исходя из условий наиболее благоприятного распространения радиоволн уже при подходе кораблей в район мероприятия или, что более вероятно - в самом районе.
Для этих целей, по дополнительной заявке была задействована, уже после выхода кораблей в море, считавшейся устаревшей и находящейся в резерве, но доказавшей свою эффективность, система передачи всеми территориально разнесёнными по всему миру береговыми узлами связи ВМФ специальных контрольно-маркерных сигналов на всех установленных частотах KB диапазона одновременно. Система позволяла на кораблях отряда определять по качеству принимаемых сигналов, то есть по условиям распространения радиоволн, тот узел связи ВМФ в мире, с которым необходимо кораблю установить связь на данное время, что обеспечивало круглосуточную связь с кораблями, находящимися в любом районе мирового океана по радиоканалам (если конечно нет магнитных бурь и др. помех).
Вся эта сложная и даже уникальная на то время организация связи, в кооперации с другими министерствами и ведомствами, потребовала разработать множество также уникальных документов по ее организации и применению, произвести довооружение специальной техникой и средствами связи как кораблей (судов), так и узлов связи, в том числе и не подчинённых ВМФ, территориально разнесённых по всему СССР и за рубежом, а также разработать оперативно-техническую документацию. Все это было согласовано, сделано и опробовано в кратчайшие сроки - всего за несколько месяцев и соответственно до выхода кораблей в море.
В общем, сколько за подготовительный период было "попорчено крови" на разработку документов, особенно на их согласование с ГШ ВС СССР, ГШ видов ВС и т.д., внедрение техники на узлы связи и корабли, обучение, тренировки, учения и командировки по всей стране - это только один Бог знает, но помощь везде оказывали. Мое особое спасибо за это офицерам отдела ЗАС из управления связи ВМФ, снабженцам и, конечно, управлениям (отделам) связи ТОФ, Камчатки, ЧФ и Лен ВМБ, корабельным связистам и связистам береговых узлов связи ВМФ и вооруженных сил СССР, участвовавших в мероприятии.
Наконец, после неоднократных переносов сроков запуска космического аппарата "БОР" промышленностью, отряд из трёх поисково-спасательных кораблей ЧФ 12 апреля 1982 года вышел из Севастополя. На пск "Ямал" вышел походный штаб. Другие корабли корабельной группы с других флотов вышли в море приблизительно в эти же сроки.
К походному штабу представителем от Главного штаба ВМФ для координации и управления корабельной частью системы связи ВМФ на мероприятии был прикомандирован капитан 3 ранга Дмитриев Владимир Васильевич.
В пути в Индийском океане до экватора в Северном полушарии - жара, воздух и вода 32 градуса, в г. Мадрас республики Индия, куда заходили для пополнения запасов, плюс 55 градусов в тени, а после прохода кораблями экватора в Южное полушарие - холодно, там зима, сильно штормило, скорость ветра достигала 30 м/сек. Штормило так, что при моих переговорах с берегом по телеграфу или телефону приходилось сидя упираться спиной в переборку, а ногами в другую переборку - иначе выкинет из кресла, а аппаратуру вырывало "с мясом". Мы находились в районе мероприятия почти рядом со знаменитыми "ревущими сороковыми", где хорошей погоды в это время года практически не бывает.

При нашем следовании в район мероприятия самолёты-разведчики "Орион" ВМС США и Австралии, особенно перед приходом кораблей в точку рандеву, регулярно облетали наши корабли, ставили противолодочные барьеры из специальных буёв, способных обнаружить подводную лодку.
Иностранные разведки долго не могли понять, зачем здесь собирается большая корабельная группа ВМФ СССР с разных флотов в количестве семи вымпелов. Они это поняли только после сообщения Телеграфного агентства Советского Союза (ТАСС) о закрытии для судов и самолётов района мероприятия для испытаний космической техники СССР.
Наконец, после неоднократных задержек в пути, из-за очередных переносов сроков запуска космического аппарата промышленностью, почти через два месяца после выхода кораблей в море, корабли прибыли в район мероприятия.
Встреча кораблей произошла 30 мая 1982 года.
Эти многочисленные задержки сроков запуска изделия естественно привели к пропуску благоприятного по погоде времени проведения мероприятия в этом районе, что чуть не привело к переносу срока запуска космического аппарата на год. Об этом будет сказано позже.
Далее события развивались так:
Походный штаб с пск "Ямал" пересаживается на кик "Чумикан". Штормит прилично, катер у борта то на три этажа внизу, то опять перед тобой чуть ниже верхней палубы и нужно спрыгнуть в него в момент, когда катер на мгновение зависает в верхней точке, а не когда камнем падает вниз. Вода в океане очень прозрачная и конечно у катера поджидают несколько акул. В общем, все как обычно.
Корабли начинают занимать назначенные места в так называемом "эллипсе рассеивания" площадью в 1000 квадратных километров, там планируется приводнение космического аппарата, все заняты последними приготовлениями.
После пересадки штаба на кик, практически не успев осмотреться, срочно организую и координирую работу дальней оперативной, тактической связи и связи взаимодействия всех уровней и сразу же начинается генеральная репетиция - суточная тренировка под руководством Главного штаба ВМФ. Все, конечно, комом, но оставались еще сутки до запуска космического аппарата.
Вторые сутки - опять тренировка только по связи, теперь уже по моей инициативе. На этот раз все прошло вроде бы нормально, не зря провели столько тренировок до выхода кораблей в море и по пути сюда. Единственное за чем нужно особенно следить - это за централизованным распределением частот, ведь одновременно работают практически все передатчики основных кораблей отряда с различными территориально разнесенными по всему миру узлами связи и между кораблями группы. Не скоординированное использование частот на передачу и приём приведёт к потере связи и срыву выполнения боевой задачи (сами себя забьём помехами).
Сегодня ночью по плану запуск космического аппарата, осталось несколько часов, погода - терпимая (не смог подобрать нужное слово, как назвать эту дрянную погоду), улучшения не предвидится, фактически все прогнозы на ближайшие часы и перспективу самые мрачные, улучшение не предвидится.
Постоянно принимаем факсимильные метеокарты по нашему району из Австралии, о. Диего-Гарсия и других пунктов, анализируем, в нашем районе согласно картам - развивается тропический шторм...
Запрашиваем Гидрометеоцентр ВМФ. Там подтверждают, что так оно и есть - это по данным Всемирного центра погоды (г. Вашингтон США, у ГМЦ СССР в этом районе никаких своих сил и средств кроме нас нет.
Главный штаб ВМФ приказывает: решение о проведении запуска "БОРа" принять самостоятельно: либо кораблям укрываться в другом районе севернее, либо оставаться в районе (а может пронесёт), но ожидание при фактическом приходе тропического шторма может привести к гибели кораблей и, в любом случае, всё это приведет к срыву боевой задачи и к переносу запуска космического аппарата на год.
Командование походного штаба срочно проводит совещание о перспективе проведения испытаний аппарата по погодным условиям, о планах укрытия кораблей в безопасном районе. По докладу начальника гидрометеоотряда ЧФ, прикомандированного к походному штабу, и по собственным наблюдениям (ведь "Орионы" с Австралии и о. Диего-Гарсия летают), данным разведки, командование походного штаба делает вывод о преднамеренной передаче противником дезинформации о состоянии погоды в нашем районе с целью вынудить СССР отменить испьггания новой космической техники и сорвать выполнение боевой задачи ВМФ СССР.
По результатам совещания принимается единственно правильное, хотя и рискованное, ответственное решение - действовать по плану, запуск "БОРа" осуществить сегодня в ночь на 4 июня 1982 года.
Примечания:
1. Если бы на тот момент и далее связь отсутствовала, я бы не написал этих воспоминаний.
2. Моё личное мнение, оставшееся при мне, "запускать было нельзя по погоде", риск был слишком велик, но победителей не судят.
И вот - долгожданный пуск. Корабли находятся в назначенных точках "эллипса рассеивания", все каналы связи работают, как часы. Через некоторое время начался прием телеметрической и траекторной информации, появились сигналы радиомаяка космического аппарата, то есть парашют раскрылся и началось приводнение аппарата в нашем районе. Полным ходом все корабли идут в точку приводнения аппарата, осуществляя наведение по сигналам радиопеленгации, поднимаются в воздух корабельные вертолёты. Погода с каждым часом все хуже и хуже.
Наконец, видим "БОР": над ним возвышается многометровый надувной сигнальный конус с поперечными красными и белыми полосами, видный издалека. Рядом пск "Ямал". Еще ближе катер и надувная резиновая лодка с двумя водолазами. Все объекты регулярно исчезают из видимости за большими волнами: то катер, то "Ямал", то "БОР" или все вместе одновременно. Невольно начинаем тревожиться.
В воздухе несколько наших корабельных вертолетов "Ка-25" (всего было 5 вертолётов). Страшно смотреть, как они по очереди садятся для дозаправки на кренящиеся палубы кораблей. Тут же сверху над "БОР" очень низко, практически над головами, по малому кругу летает самолёт-разведчик ВМС США "Орион" с громадной фотокамерой (объективом) на брюхе и мешает нашей работе (австралийский "Орион" убрался раньше, видимо кончалось горючее). Один из вертолетчиков не выдерживает "хамства" американцев и выпускает поперек курса "Ориона" сигнальную ракету. Тот наконец "понял" и убрался подальше, стал летать по большому кругу.Пск "Ямал" подходит к "БОРу" и сеткой на специальном подъемном кране пытается его подцепить, подвести сетку под "БОР", но это не удается.
Очередные заходы. Но опять ветер, подводные течения, большая волна, а "Ямал" "пустой", то есть топливо, вода, продовольствие израсходовано и корпус корабля значительно приподнялся из воды, парусность большая, не позволяют командиру пск "Ямал" точно выйти на цель, это не на тренировке в Чёрном море в штиль.
Все это очень опасно, возможна потеря космического аппарата и гибель людей, так как после удара о борт пск "Ямал" у "БОРа" разбита носовая часть (кстати, т.н. "носок", тогда в СССР их было изготовлено за два года работы - две штуки) и возможна потеря плавучести космическим аппаратом, вдобавок автоматический дожиг остатка топлива в двигателе "БОРа" в момент приводнения не произошел и мог в любой момент самопроизвольно сработать, само топливо очень токсично, изделие может "парить" - смерть будет мгновенная, а водолазы уже без противогазов, в которых работать на волне невозможно, а сам аппарат заминирован - в двух местах по 6 кг взрывчатки системы самоликвидации, а есть еще система самозатопления..., сильно штормит - возможна гибель водолазов или травм.
Всё что угодно может случиться при тряске на штормовой волне и ударов изделия о корпус корабля.
Очередной заход "Ямала". Водолазы с надувной лодки высадились на "БОР" и, рискуя жизнью, оттолкнули его ногами от борта корабля. Аппарат спасен, однако с подъемом изделия снова неудача.
Штаб отряда пытается разработать оптимальное решение по подъёму "БОРа", поставить "Чумикан" (водоизмещение 20 тысяч тонн) и другие корабли на пути волны, загородить "БОР"..., даёт рекомендации командиру "Ямала", докладывает обстановку в ГШ ВМФ...
Очередной заход "Ямала" и, наконец, "БОР" наполовину в сетке. В это время волна поднимает движущийся корабль и сетку, а с ним и "БОР" на несколько метров вверх (приблизительно на уровень в два этажа), космический аппарат в воздухе на краю металлической сетки балансирует... секунды, скорее минуты... Все замерли... если он упадет в море, то последствия будут непредсказуемые. Наконец волна, корабль, сетка, "БОР" пошли вниз и "БОР"...
В это же время на экранах локаторов наших кораблей появились две цели. Это фрегаты ВМС США с военно-морской базы США на о. Диего-Гарсия, но они понимают, что поздно и поворачивают восвояси, помешать нашим работам они так и не смогли.

«БОР-4»
"БОР" благополучно "с хлюпаньем" сполз в центр сетки...
"БОР" поднят на борт пск "Ямал" и сразу крепится на палубе в специальном станке соплами тормозных двигателей в море. После чего дистанционно производится дожиг топлива. Впечатление об этом, наблюдая с кик "Чумикан", такое, будто бы "Ямал" взорвался. Огненный шар закрыл из поля видимости весь корабль водоизмещением шесть тысяч тонн.
Все остальное было делом техники.
Все эти события происходили при самоотверженной работе корабельных связистов - офицеров, мичманов, матросов, бесперебойной работе всех без исключения предусмотренных каналов связи. Коэффициенты исправного действия каналов связи в период мероприятия составили 100 %. Был даже установлен своеобразный рекорд - самая дальняя (до 20000 км) в истории связи ВМФ СССР засекреченная телефонная связь между Главным штабом ВМФ и пск "Ямал" по радиоканалу, правда только один короткий сеанс радиосвязи.
Принятая организация связи на это мероприятие, разработанная коллективом 109 ЦУДОС ВМФ, доказала свою эффективность. Наработанные основы этой организации использовались и в последующие годы в повседневной боевой деятельности ВМФ и для обеспечения других сложных мероприятий, проводимых СССР с участием сил Военно-Морского Флота СССР.
Есть только одно замечание, и то - к руководству походного штаба. Каналов связи было столько, что зачастую по ним на береговые командные пункты некому было своевременно докладывать обстановку. Штаб отряда управлял ситуацией, а докладывать хоть что-то зачастую приходилось мне. Дело доходило до того, что меня требовали на переговоры одновременно к трем космическим и радио телеграфным засекреченным каналам связи и открытому телефону космической системы ДЦВ связи, а мне самому одновременно нужно было лично в это же время управлять и координировать работу всей системы связи отряда кораблей.
Так закончились мои третьи сутки без сна.
Нет не всё, прежде, с разрешения ГШ ВМФ, я закрыл связь по космическому каналу с Главным штабом ВМФ и отпустил нис "Космонавт Георгий Добровольский" в Сингапур для пополнения запасов и дальнейшей его работы в интересах Академии наук СССР, поблагодарив за отлично совместно проведённую работу.
Встречал нас (вернее "БОР") в Севастополе довольный лётчик-космонавт СССР N 2 генерал-лейтенант Титов Герман Степанович (одетый по гражданке).
В последующие годы было еще четыре испытания "БОРа" этой модификации, по одному в год: одно в Индийский океан в ночь на 16 марта 1983 года, в сроки, как и должно быть в памятном 1982 году, и три в Черное море, но там ничего принципиально нового уже не было. Разве что, на последнем испытании космический аппарат взорвался при приводнении. Корабли никаких обломков не нашли. Руководил этими мероприятиями по линии связи я уже из Главного штаба ВМФ с КП ПСС ВМФ и Пункта управления связью ВМФ или из своего кабинета в 109 ЦУДОС ВМФ

Сам "Буран" в беспилотном режиме был испытан значительно позже в ночь на 15 ноября 1988 года, космический самолёт так создан и не был. И не наша вина в этом, ведь всё чтобы обеспечить подготовку к серийному производству этих стратегически важных космических изделий, очень нужных нашей стране и через почти 25 лет после этих событий, было сделано нами.

Всё в моих воспоминаниях - правда, однако в жизни всё было значительно сложнее, драматичнее, а не так бодро и легко, как я изложил в этом повествовании.
Вот такие воспоминания на меня наводит крошечный кусочек лучшей в мире плитки обшивки "БОРа", изготовленный нашими учеными из отечественного кварцевого волокна, выдержавший огромное давление и температуру свыше 800 градусов Цельсия при прохождении плотных слоев атмосферы, побывавший в космосе, не смытый волной за борт и подобранный мною на палубе пск "Ямал" в Индийском океане, в Южном полушарии и теперь хранящийся у меня дома.
$IMAGE13$
Правда у меня есть еще одно более замечательное воспоминание, связанное с этим мероприятием. Во время этого похода у меня родилась вторая дочка: Нина Владимировна Дмитриева, которую я первый раз увидел и взял на руки только по возвращению домой, когда ей исполнилось три месяца.
Написано мною в 2002 году, отредактировано 7 сентября 2006 года.

Примечание: "Непосредственное руководство системой связи ВМФ осуществляет начальник связи ВМФ через 109 Центр управления дальней оперативной связи ВМФ" (из приказа Главнокомандующего Военно-Морским Флотом СССР).

Бывший ЭОС, ПСК, а ныне корабль управления «Даурия»
Два корабля управления - "Даурия" и "Тамань" (пр. 596П) сохранились неплохо, но "Тамань" 7 февраля 1996 года была передана Украине и переименована в "Ивано-Франковск". Поисковый корабль "Стрелок" (пр. 266.6) использовался для связи с глубоководными аппаратами и ныне остался без работы.

Расформированию подверглась 36-я бригада поисково-спасательных кораблей из пяти единиц проекта 536П. Ушел на Балтику в 1991 году ПСК "Ямал". В феврале 1996 года ПСК "Баскунчак" передан Украине и переименован в "Черновцы".

Ссылка: http://8opesk.ru/6.%203-2.%20%D0%9A%D0%BE%D1%81%D0%BC%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%82.htm

Аппаратура связи ВМФ

maksimov — Wed, 03 Dec 2014 10:47:41 GMT

КВ приемник Р 678 Н "Брусника" для надводных кораблей ВМФ

УКВ радиорелейная станция Р - 405 "Орех" эксплуатировался на надводных кораблях ВМФ

аппаратура сверхбыстродействующей связи Р--759 "Акула" корабельная

Понятие об организации связи в ВМФ

maksimov — Wed, 03 Dec 2014 10:41:45 GMT

Тема занятия: «Понятие об организации связи в ВМФ»

Учебные цели: сформировать представление об организации связи в ВМФ. Время: 2 часа. Вопросы: Назначение и классификация средств связи ВМФ. Задачи, решаемые системой связи ВМФ. Требования, предъявляемые к системе связи. Основы организации и боевого использования средств связи. Понятие об организации оповещений и порядок передачи донесений на флоте. Основы использования зрительной связи. I. Назначение и классификация средств связи ВМФ. Задачи, решаемые системой связи ВМФ. Требования, предъявляемые к системе связи. Связь является основным средством управления силами. Потеря связи ведет к потере управления и неизбежно к срыву выполнения боевой задачи. Управление силами ВМФ обеспечивается системой связи, которая представляет собой совокупность береговых узлов; станций; сил и средств связи надводных кораблей, подводных лодок и авиации; ретрансляторов; линий связи, объединенных единой организацией. Система связи призвана решать следующие задачи: обеспечение управления подчиненными соединениями, подводными лодками и надводными кораблями, частями и авиацией флота; обеспечение взаимодействия соединений и частей различных родов сил ВМФ между собой, а также с соединениями и частями других видов Вооруженных сил; обеспечение своевременного получения донесений об обнаружении противника, его действиях, выполнении боевых задач и изменении обстановки; обеспечение оповещения сил флота об изменении боевой готовности, о морской, воздушной, гидрометеорологической обстановке на театре и в районе боевых действий. Для успешного выполнения этих задач система связи должна отвечать ряду требований. Основными из которых являются: надежность; быстрота (оперативность); скрытность. Надежность – четкая и бесперебойная работа средств связи в условиях помех и другого воздействия со стороны противника. Выполнение этого требования достигается заблаговременной подготовкой сил и средств связи к решению поставленных задач, поддержании средств связи в исправном состоянии, организацией обходных и резервных направлений (каналов) связи, созданием и использованием резерва сил и средств связи, организацией охраны и обороны элементов систем связи. Быстрота – определяется минимальными затратами времени на передачу и прием. Достигается широким применением автоматизированных линий связи, аппаратуры быстродействия и сверхбыстродействия. Скрытность, т.е. создание условий, при которых противник не может получить сведения о намерениях и действиях наших сил. Достигается выбором надлежащих средств и вида связи, применением аппаратуры автоматического засекречивания (ЗАС), строгим соблюдением правил скрытности управления силами и безопасности связи. В зависимости от среды распространения сигнала и принципов устройства аппаратуры в Военно-морском флоте используются следующие рода связи: Прямая радиосвязь. Радиорелейная связь. Тропосферная связь. Космическая связь. Проводная связь. Гидроакустическая (звукоподводная) связь. Зрительная связь и сигнализация. Фельдъегерско-почтовая связь. Каждый из перечисленных родов связи осуществляется соответствующими средствами и личным составом. Тактические свойства родов связи. Прямая радиосвязь является основным наиболее надежным, а во многих случаях и единственным родом связи, обеспечивающим управление силами в условиях современного боя и повседневной деятельности ВМФ. Сущность радиосвязи состоит в передаче и приеме информации с помощью определенным образом промодулированных электромагнитных волн. Радиоволнами называют электромагнитные волны, частоты которых лежат в пределах от 3*103 до 3*1012 Гц (от 3 кГц до 3 ТГц). В зависимости от способа распространения различаю прямые, земные, тропосферные и ионосферные радиоволны. Прямые или свободно распространяющиеся волны – радиоволны, распространяющиеся при отсутствии каких-либо препятствий на их пути непосредственно от источника к месту приема (например космическая радиосвязь). Земные волны – распространяются непосредственно над поверхностью Земли. Дальность распространения таких волн не превышает 2000 км. Тропосферные волны – распространяются путем рассеяния и отражения от различных неоднородностей тропосферы (на высоте от 8 до 15 км), имеющих различную диэлектрическую проницаемость, причем основной поток энергии проходит через тропосферу. Дальность распространения не превышает 1000 км. Ионосферные радиоволны (пространственные) – распространяются за счет отражения от верхней части атмосферы – ионосферы (в интервале высот от 60 до 400 км). Благодаря неоднократному отражению от ионосферы и поверхности Земли они распространяются практически на любые расстояния. В зависимости от частоты (длины волны) все радиоволны делятся на диапазоны (табл.1). Таблица №1. Наименование диапазона Границы диапазона Способ распространения радио- волн радио- частот радио- волн радио- частот на близкие расстояния (до100 – 200 км) на большие расстояния днем ночью Сверх- низкие (СНЧ) (10000 - 1000) км (30-300) Гц Земные и ионосферные волны Ионо- сферные волны -"- Сверх-длинные (СДВ) Очень низкие (100 – 10) км (3 – 30) КГц -"- -"- -"- Длинные (ДВ) Низкие (НЧ) (10 – 1) км (30 – 300) КГц -"- -"- -"- Средние (СВ) Средние (СЧ) (1000 – 100) м (0.3 – 3) МГц Земные волны Земные волны Ионо- сферные волны Короткие (КВ) Высокие (ВЧ) (100 – 10) м (3 – 30) МГц -"- Ионо- сферные волны -"- Ультра- короткие (УКВ) Метровые (МВ) Очень высокие (ОВЧ) (10 – 1)м (30 – 300) МГц -"- Тропо- сферные и ионо- сферные -"- Деци- метровые (ДЦВ) Ультра- высокие (УВЧ) 1м - 1дм (300 - 3000) МГц -"- Прямые и тропо- сферные волны -"- Санти- метровые (СМВ) Сверх- высокие (СВЧ) (10 – 1) см (3 – 30) ГГц -"- -"- -"- Милли- метровые (ММВ) Крайне высокие (КВЧ) (10 – 1) мм (30 – 300) ГГц Прямые волны Прямые Волны Прямые и тропо- сферные волны Деци- милли- метровые ДЦМВ Гипер- высокие (ГВЧ) (1 - 0,1) мм (0,3 – 3) ТГц -"- -"- -"- Электромагнитные волны диапазона СНЧ могут распространяться на огромные расстояния, устойчивая радиосвязь возможна на расстояниях до 150000 км, они способны проникать в воду. Поэтому этот диапазон волн используется для глобальной радиосвязи в направлении берег – подводная лодка. Устойчивая связь с погруженной подводной лодкой может осуществляться на глубине до 150 метров. Устойчивая радиосвязь на СДВ может осуществляться на расстоянии до 10000 км. Радиоволны этого диапазона также способны проникать в воду. Уверенный прием может осуществляться на глубине до 20 метров. Сигналы СДВ (СНЧ) в воздухе целесообразно принимать на вертикальные антенны, а в морской воде – на горизонтальные. Для приема сигналов в подводном положении в этих диапазонах подводные лодки используют буксируемые антенны. Для передачи на этих диапазонах необходимы большие мощности передатчиков и крупногабаритные антенны. Так американская система "Сэнгвин" в районе города Остен (штат Техас) имеет площадь антенного поля 13750 км2, мощность излучения 10 МВт. Средние волны (СВ) в морской связи используются для передачи сигналов бедствия, навигационных извещений, для радиообмена и радиовещания. Волна 600 м (f = 500 КГц) в морской радиосвязи является международной волной вызова и передачи сигналов бедствия в радиотелеграфном режиме. Короткие волны (КВ) являются основным диапазоном дальней связи в ВМФ. Они используются для глобальной радиосвязи, вызова и обмена во всех направлениях (берег - корабль, корабль - берег) для передачи сигналов бедствия, навигационных извещений и радиовещания. Ультракороткие волны (УКВ) метрового поддиапазона применяются в ВМФ для ближней связи. УКВ распространяются прямолинейно, не отражаясь от ионосферы, поэтому надежная связь на них возможна лишь в пределах расстояний немного превышающих дальность прямой видимости. D = 4,125 * (√Н1 + √Н2) где: D - дальность устойчивой радиосвязи на УКВ (км) Н1 и Н2 - высоты передающей и приемной антенн (м) УКВ метрового поддиапазона используются для радиообмена в направлении берег - корабль, корабль - берег, для связи с авиацией, внутриэскадренной, рейдовой связи и радиовещания. УКВ дециметрового диапазона (ДЦВ), сантиметрового (СМВ), миллиметрового (ММВ), децимиллиметрового (ДЦМВ) поддиапазонов нашли применение в тропосферной, телевизионной и космической связи. Прямой радиосвязи присущи следующие тактические свойства Положительные: высокая готовность к действию; возможность связи с движущимися объектами и корреспондентами, местоположение которых неизвестно; возможность передачи информации неограниченному числу корреспондентов. Отрицательные: отсутствие скрытности; возможность перехвата и пеленгования противником; зависимость устойчивости радиосвязи от условий прохождения радиоволн. Радиорелейная связь (РРС) является разновидностью связи на УКВ и служит для связи штаба флота со штабами объединений и соединений, пунктами рассредоточенного базирования. РРС осуществляется в диапазонах дециметровых и сантиметровых волн. Представляет собой цепочку приемопередающих автоматических радиостанций, передающих информацию на дальности прямой видимости, поэтому станции располагаются между собой на расстоянии (40...70) км. В РРС используются узконаправленные антенны, которые позволяют обходиться передатчиками небольших мощностей (до 10...20 Вт). Для передачи одновременно большого числа сообщений применяется аппаратура уплотнения. Радиорелейной связи присущи следующие тактические свойства: Положительные: возможность осуществлять двухстороннюю многоканальную связь; малые мощности передатчиков; высокая помехозащищенность и скрытность; возможность связи через труднодоступные участки местности; возможность быстрого развертывания линий связи при малых затратах сил и средств; Отрицательные: необходимость применения промежуточных станций; недостаточная живучесть линий связи. Тропосферная связь является разновидностью радиорелейной связи. Она осуществляется в диапазонах метровых, дециметровых и сантиметровых волн, за счет отражения их от различных неоднородностей тропосферы. Это позволяет увеличить дистанцию между промежуточными станциями до (200...600) км, но необходимы большие, чем в радиорелейной связи мощности излучения (до десятков КВт). Космическая связь осуществляется в диапазонах сантиметровых (СМВ), миллиметровых (ММВ) и децимиллиметровых (ДЦМВ) волн. Для осуществления связи используются искусственные спутники Земли (ИСЗ) в качестве пассивных отражений УКВ или активных ретрансляторов, а также береговые и корабельные комплексы космической связи. На ИСЗ устанавливаются приемо-передатчик ретранслятора и системы, обеспечивающий полет по заданной орбите и ориентацию антенны на Землю. Корабельный комплекс состоит из систем обнаружения, «захвата», автоматического сопровождения ИСЗ и приемопередающей станции с антенной, наводимой на спутник. Космическая связь может осуществляться в двух режимах: с переносом информации и непосредственной ретрансляцией. В режиме с переносом информации связь может обеспечиваться двумя способами: по запросу и по программе. По запросу сообщение с ИСЗ передаются по команде, даваемой с корабля, а по программе – автоматически в определенное время. Связь в режиме непосредственной ретрансляции возможна в том случае, если корабли и береговые пункты приема и передачи информации будут одновременно находиться в зоне радиовидимости ИСЗ. Связные ИСЗ могут располагаться на стационарных и нестационарных орбитах. Экваториальная круговая орбита высотой Н = 35810 км с периодом обращения 24 часа называется стационарной, если ИСЗ движется с запада на восток. Такой ИСЗ неподвижен по отношению к пункту связи на Земле, так как его угловая скорость равна угловой скорости вращения Земли вокруг своей оси. Эта орбита отличается высокой стабильностью. Три ИСЗ на стационарной орбите, расположенных с интервалом 120 градусов, обеспечивают освещение 98% площади Земли, за исключением районов около полюсов. При необходимости обеспечить связью северные районы выводят ИСЗ на нестационарные (наклонные эллиптические) орбиты. Тактические свойства космической связи Положительные: большая дальность многоканальной двухсторонней связи с возможностью передачи всех видов информации; скрытность за счет направленности передачи и приема; относительно малая подверженность помехам. Отрицательные: непостоянство связи с ИСЗ на нестационарных орбитах; уязвимость наземного комплекса и самого ИСЗ. Проводная связь применяется для связи соединений, частей и кораблей, стоящих у оборудованных причалов. Обеспечивает все виды связи. Телефонная проводная связь подразделяется на: оперативную - предназначенную для ведения переговоров по управлению силами флота; боевую - для обеспечения управлением оружием и техническими средствами; базовую (обиходную) - для ведения переговоров по служебным вопросам. Тактические свойства проводной связи Положительные: простота и удобство ведения переговоров; сравнительно высокая скрытность переговоров; возможность осуществления связи независимо от времени суток, года, атмосферных помех и помех противника; сравнительно высокая живучесть подземных и подводных кабельных магистралей в условиях применения ядерного оружия. Отрицательные: невозможность обеспечения связи с подвижными объектами; низкая степень защиты проводных защитных линий связи; необходимость охраны. Гидроакустическая связь (звукоподводная связь) используется для обеспечения управления подводными лодками в тактических группах при нахождении их в подводном положении, а также для связи погруженных подводных лодок между собой и с надводными кораблями при совместных действиях. Гидроакустическая связь основана на использовании явления распространения звука в воде и осуществляется с использованием гидроакустических станций связи и опознавания. Возможна двухсторонняя направленная и ненаправленная, телеграфная и телефонная связь, а так же опознавание и измерение расстояния между кораблями методом активного ответа. На дальность связи влияют условия распространения звука в море, скорость хода, взаимное расположение связывающихся кораблей. Основным достоинством гидроакустической связи является возможность связи с погруженными подводными лодками. Недостатки: небольшая дальность связи и зависимость ее от гидрологических условий и глубины погружения подводных лодок; отсутствие скрытности; малая скорость передачи (30...40 знаков в минуту); резкое уменьшение дальности с увеличением скорости хода корабля. Зрительная связь и сигнализация применяется при совместном плавании кораблей, для ближней тактической связи в пределах прямой видимости, при плавании в близи берегов, для связи с береговыми постами, а также для опознавания. Она осуществляется предметными, световыми, пиротехническими и звуковыми средствами. К предметным средствам связи относятся: сигнальные флаги и фигуры, флажный семафор. Каждому сигнальному флагу присвоено специальное значение. Сообщение передается подъемом на фалах мачты флажных сочетаний. Сигнальные фигуры применяются для обозначения хода корабля, дачи аварийных и предупредительных сигналов. В темное время суток фигуры заменяются цветными огнями. Дальность сигнализации, при нормальных условиях видимости, до (5...6) миль. Передача условных знаков семафорной азбуки флажным семафором обеспечивается на дальность до 2 миль. К световым средствам относятся светосигнальные приборы направленного действия (фонари, прожекторы) и ненаправленного действия (клотиковые и сигнальные огни). Пиротехнические средства (сигнальные патроны, факелы и др.) применяются для передачи сигналов обозначающих короткие приказания, донесения, а также в целях опознавания, оповещения и аварийной сигнализации. Звуковые средства сигнализации и связи (сирены, свистки, колокола и др.) применяются в целях предупреждения столкновений судов в море, особенно при плохой видимости. Достоинствами зрительной связи и сигнализации являются их простота и удобство использования, относительно высокая скрытность, особенно при использовании предметных средств. Недостатки - малая дальность действия и зависимость от метеорологических условий. Фельдъегерско-почтовая связь служит для доставки боевых и служебных документов и передачи устных сообщений через специально выделенных лиц. Для этого используются посыльные суда, катера, самолеты, вертолеты и т.д. Несмотря на широкое применение других средств связи, использование подвижных средств связи предусматривается во всех видах боевой и повседневной деятельности флота. Положительные свойства фельдъегерско-почтовой связи: доставка подлинных документов; простота организации и использования. К недостаткам можно отнести: зависимость скорости доставки от состояния путей сообщения, используемых средств, метеорологических условий и других причин; необходимость охраны доставляемых документов. С помощью средств связи могут осуществляться открытые и закрытые виды связи. Закрытые виды связи осуществляются с применением автоматической засекречивающей аппаратуры (ЗАС). В ВМФ применяются следующие виды радиосвязи: 1. Телефонная связь (ТЛФ): открытая ТЛФ связь; закрытая ТЛФ связь; громкоговорящая связь. 2. Телеграфная связь (ТЛГ): слуховая открытая и слуховая ЗАС; буквопечатающая (БПЧ) открытая и БПЧ ЗАС; быстродействующая (БД) открытая и БД ЗАС; сверхбыстродействующая (СБД) открытая и СБД ЗАС. 3. Фототелеграфная связь (ФТЛГ) (факсимильная): открытая и ЗАС. 4. Сигнально-кодовая связь (открытая и закрытая). 5. Телекодовая связь (открытая и закрытая). 6. Видеотелефонная связь (ВТЛФ). 7. Телевизионная связь. Телефонная и телеграфная связь применяются для ведения переговоров и передачи (приема) телефонограмм и телеграмм. Фототелеграфная (факсимильная) связь используется для передачи (приема) информации в виде телеграмм, кодограмм, а также чертежей и рисунков, схем и фотографий. Телекодовая связь используется для передачи (приема) информации в автоматизированных системах управления. Сигнально-кодовая связь используется для передачи (приема) сигналов, команд и коротких распоряжений и донесений. Видеотелефонная связь используется для ведения переговоров сопровождаемых передачей (приемом) изображения карт, схем и других документов. Телевизионная связь используется для передачи (приема) подвижных изображений, боевых документов, карт, схем. II. Основы организации и боевого использования средств связи В ВМФ применяется два основных способа организации радиосвязи: радионаправление; радиосеть. Радионаправление – способ организации радиосвязи между двумя радиостанциями или пунктами управления по единым для них радиоданным. Радионаправление используется на высших уровнях управления: между штабами, командными пунктами флотов, авиации, округов, флагманскими и отдельными кораблями, выполняющими важные задачи. Этот способ обеспечивает сравнительно высокую пропускную способность и скрытность, быстрое вхождение в связь, но требует большого расхода сил и средств вышестоящего штаба. Радиосеть – способ организации радиосвязи между тремя и более радиостанциями или пунктами управления. Этот способ обеспечивает возможность одновременной передачи информации большому количеству корреспондентов, малый расход сил и средств вышестоящего штаба, но обладает низкой скрытностью. Радиосеть используется для связи старшего командира с подчиненными, а также для обеспечения взаимодействия с другими силами. Каждой радиосети и радионаправлению присваивается номер и наименование. В ВМФ введена единая их нумерация, которая указана в специальном документе – регламенте радиосвязи. Для осуществления связи каждому кораблю (радиостанции) назначаются радиоданные. К ним относятся: рабочие частоты; радиопозывные; радиопароли; расписания; ключи к таблицам и др. Радиочастоты делятся на постоянные и сменные. Смена частот производится по расписанию с учетом времени суток, сезона, скрытности и дальности связи. В ВМФ применяются следующие способы использования частот: общей частоты; приемной частоты; передающей частоты; вызывной и рабочей частоты; способ контрольно-маркерных сигналов (КМС). При способе общей частоты всем радиостанциям назначаются единые основные и запасные частоты приема и передачи. Работа радиостанции на передачу может быть только поочередной. Способ используется в радиосетях ближней тактической связи, обеспечивает возможность циркулярной передачи информации, но обладает малой скрытностью и пропускной способностью. Способ приемной частоты заключается в том, что каждой радиостанции назначается своя приемная частота. Передача радиограмм производится на приемной частоте той радиостанции, в адрес которой передается информация. Способ используется в радиосетях и радионаправлениях дальней связи, позволяет увеличить количество одновременных связей и усложняет работу радиоразведки противника. Способ передающей частоты характерен тем, что старшая радиостанция работает только на передачу, на назначенной частоте, а все остальные радиостанции осуществляют прием. Передача как правило, ведется на нескольких частотах одновременно, а прием, на той частоте, которая имеет лучшую слышимость. Способ используется в радиосетях оповещения. При способе вызывной и рабочей частоты установление связи радиостанции осуществляют на одной, а работу на другой частоте. Способ используется для связи с судами гражданских министерств и ведомств. Способ контрольно-маркерных сигналов состоит в том, что каждый береговой узел связи передает по расписанию, на нескольких частотах одновременно присвоенный ему маркер (букву). Радиостанции прослушивают маркеры от всех узлов связи и определяют район частот, где прослушивается наибольшее число маркеров. Затем из таблиц выбирается рабочая частота, близкая к определенному району частот и на ней осуществляется связь. Способ позволяет выбрать частоту с наилучшими условиями прохождения, но имеет малую скрытность и требует большого расхода сил и средств. Радиопозывной представляет собой условное сокращенное обозначение радиостанции, должностного лица, командного пункта, боевого корабля и т.д. Позывные подразделяются на: постоянные (международные); сменные; телефонные; телеграфные; индивидуальные; групповые; общие; циркулярные. Телеграфный позывной представляет собой цифровые и буквенные четырех- или пятизначные сочетания, например 22ЖБ, СА5В и т.д. Телефонные – отдельные слова и цифровые трехзначные сочетания. Индивидуальные позывные присваиваются отдельными кораблями, радиостанциям, должностным лицам. Групповые – группе кораблей, тактическим подразделениям. Общий позывной применяется в тех случаях, когда неизвестен индивидуальный позывной. Он назначается подклассам надводных кораблей, подводных лодок, соединениям и частям, имеющим общее наименование. Циркулярные позывные применяются для передачи РДО соединениям и частям флота в тех случаях, когда РДО необходимо передать большому числу радиостанций. В ВМФ применяются следующие способы радиообмена: квитанционный, бесквитанционный, обратного репетования и посредника. При квитанционном способе прием РДО подтверждается квитанцией (ответом). При этом связь надежна, но не обеспечивается скрытность передачи. При бесквитанционном методе РДО передается дважды, после чего считается, что РДО адресатом принято. Этот способ не дает полной уверенности в приеме, но обеспечивает скрытность адресата. При способе обратного репетования прием РДО подтверждается путем его полного повторения. Способ используется при неустойчивой связи и передачи особо важных сообщений, но он обладает пониженной скрытностью. Способ посредника заключается в том, что РДО передается не в адрес корабля, которому фактически адресуется, а в адрес другой, специально назначенной радиостанции, именуемой посредником, посредник ведет радиообмен способом обратного репетования. На корабле принимается текст РДО как при передаче, так и при репетовании. Таким образом противник упускает слежение за адресатом. Очередность передачи и обработки (шифровки и расшифровки) сообщений зависит от важности и срочности содержания. Для обозначения степени срочности на радиограммах проставляются серии: В зависимости от районов действия кораблей и решаемых задач радиосвязь подразделяется на: оперативную; оперативно-тактическую; тактическую; а также на: дальнюю и ближнюю связь. Дальняя оперативная связь организуется для обеспечения управления с центрального командного пункта ВМФ и командных пунктов флотов надводными кораблями и подводными лодками, несущими боевую службу, совершающими переход между флотами, дальние и специальные походы, выполняющими задачи вне операционной зоны флота. Осуществляется на КВ и СДВ. Прием радиограмм от кораблей ведется круглосуточно системой территориально разнесенных приемных центров. Ближняя оперативно - тактическая связь предназначается для централизованного (с КП флота) и децентрализованного (с КП флотилий военно-морских баз), управления кораблями, действующими в операционной зоне флота, полигонах боевой подготовки, пунктах постоянного, временного и рассредоточенного базирования, совершающими межбазовые переходы. Осуществляется на КВ и СДВ. Дальняя тактическая связь обеспечивает связь командира соединения с группами кораблей и отдельными кораблями, взаимодействие командиров соединений и групп, взаимодействие с приданными силами, оповещение подчиненных, взаимодействующих и приданных сил. Ближняя тактическая связь предназначена для обеспечения управления кораблями при совместном плавании, управлении оружием и техническими средствами кораблей, взаимодействия с другими силами. Тактическая радиосвязь осуществляется на СВ, КВ и УКВ. В зависимости от обстановки и требований управления специальными словарными сигналами устанавливаются режимы связи: полного радиомолчания; частичного ограничения; повседневный. Режимы вводятся по ВМФ, флоту, флотилии, эскадре, военно-морской базе, соединению, зоне, рейду или для отдельного корабля. Отмена режима производится сигналом, устанавливающим новый режим. В целях централизации управления и достижения высокой скрытности строго ограничивается право на использования средств связи. Право применения всех средств связи на надводном корабле и подводной лодке принадлежит командиру корабля и его прямым начальникам. Кроме командира право на использование средств связи на надводном корабле предоставлено старшему помощнику и вахтенному офицеру в отношении средств связи на УКВ, гидроакустической связи, зрительной связи и сигнализации. III. Понятие об организации оповещений и порядок передачи донесений на флоте. Сведения о воздушной или морской (наземной) обстановки, составленные в кратком виде по определенной форме и передаваемые средствами связи в адрес подчиненных и взаимодействующих соединений, частей и кораблей, называются оповещениями. Если эти сведения передаются в адрес старшего штаба (командира), они называются донесениями. Основанием для оповещения являются приказания командования, суточные планы боевой подготовки, переходы кораблей и судов, полеты самолетов (вертолетов), доклады от подчиненных штабов, частей и кораблей об изменении обстановки, которые могут оказывать влияние на их деятельность и безопасность. Оповещения и донесения по содержанию и назначению можно подразделить на шесть видов: Оповещения и донесения о применении противником оружия массового поражения, которые включают в себя информацию об угрозе применения ОМП, о ядерных взрывах, об угрозе радиоактивного, химического и бактерологического заражения. Оповещения и донесения о боевой готовности сил и сведениях оперативного характера. К этому виду относятся оповещения и донесения о внезапном нападении противника, об объявлении всех видов тревог и об изменении степени боевой готовности, о враждебных действиях иностранных кораблей и судов. Оповещения и донесения о морской обстановке. Включают в себя информацию об обнаружении и действиях морских и сухопутных сил противника, об обнаружении иностранных и неопознанных подводных лодок и надводных кораблей и судов, об обнаружении и действиях подводных диверсионных сил и средств, об обнаружении минных заграждений и плавающих мин, о закрытии и открытии для плавания районов моря, полигонов, рекомендованных курсов, фарватеров и изменениях в средствах навигационного обеспечения, о плановых переходах и о выходах в районы боевой подготовки подводных лодок, кораблей и вспомогательных судов, об авариях и катастрофах своих и иностранных кораблей, судов и самолетов, о непосредственно грозящей кораблям, судам и самолетам опасности и мерах по ее предотвращению. Оповещения и донесения о воздушной обстановке. К ним относятся оповещения и донесения об обнаружении самолетов и других средств воздушного нападения противника, самолетах–нарушителях, установлении режима полетов, о самолетах и других летательных аппаратах, принадлежность которых не установлена, о своих самолетах. Оповещения и донесения о гидрометеообстановке. Включают в себя информацию о фактической и прогнозируемой погоде, волнении моря, уровне воды, радиолокационной и гидроакустической наблюдаемости, ледовой обстановке, а также предупреждения об опасных гидрометеорологических и сейсмических явлениях. Оповещения и донесения общего характера. К ним относятся сведения, которые касаются действий на море, воздухе и на берегу, об артиллерийских и торпедных стрельбах, об изменении в документах оповещения, опознавания, связи и режимах использования радиоэлектронных средств. На каждом флоте разрабатываются специальные инструкции по оповещению и донесениям, в которых более подробно излагаются эти вопросы, с учетом особенностей театра, состава сил и характера выполняемых задач. Очередность передачи оповещений и донесений определяется серийностью радиограмм. Оповещения, в зависимости от содержания, могут передаваться по адресам: “По ВМФ”, “По театру”, “По флоту”, “По флотилии”, “По военно-морской базе”, “По соединению”, “Кораблям в море”, “Подводным лодкам” и т.п. Донесения, в зависимости от важности содержащихся в них сведений, передаются: “По флоту”, “Оперативному дежурному ВМФ (ОД ВМФ)”, “ОД флота”, “ОД флотилии”, “ОД штаба ВМБ”, “ОД соединения”. Отправление с корабля (самолета) донесения с адресом “По флоту”, а также в адрес “ОД ВМФ”, производится в случае явного нападения противника, аварий и катастроф кораблей (судов), подводных лодок и самолетов, обнаружения мин, изменения в работе средств навигационного оборудования и опасных гидрометеорологических явлений. Донесения не должны допускать двоякого толкования и обязаны освещать следующие вопросы: Дату и время донесения. Координаты и действия корабля (судна). Характеристику и действия обнаруженных целей или изменений в обстановке. Местонахождение цели или события. Состояние погоды в районе. В экстренных случаях, таких как: внезапное нападение противника, обнаружение противника, обнаружение применения оружия массового поражения, авариях и катастрофах, донесения кораблями, подводными лодками и вспомогательными судами производится по “Таблицам сокращенных передач” (ТСП). После первого донесения, составленного с использованием ТСП, не позднее определенного времени, должно быть передано второе, подробное донесение. Второе подробное донесение должно передаваться только по каналам ЗАС или по открытым каналам связи, если оно составлено с использованием документов скрытого управления войсками (СУВ). Донесения, принятые на флагманских кораблях, кораблях командиров групп, КП соединений (частей), военно-морских баз, флотилий и флотов поступают в БИЦ, где они обрабатываются, наносятся на карту, анализируются, после чего принимается решение на оповещение и использование соответствующих сил и оружия. IV. Основы использования зрительной связи Современные корабли Военно-морского флота вооружены новейшими средствами радиосвязи, однако наличие этих средств не снизило роли и значения зрительной связи и сигнализации. Совместные действия большого числа кораблей и судов различных классов, возросшие требования к скрытности связи вызывают необходимость применять наряду с техническими средствами и зрительную связь. В определенных условиях эта связь может оказаться единственным средством управления кораблями соединения. Ведение обмена зрительными и звуковыми средствами связи осуществляется с использованием сигналов, установленных сводами, специальными таблицами сигналов, а также открытым текстом. Тексты приказаний, донесений и оповещений набранные по сводам и таблицам называются сигналами, а передаваемые открытым текстом – семафором. В целях централизации управления строго ограничивается право на использования средств зрительной связи и сигнализации. В бою право на использование средств зрительной связи и сигнализации на корабле принадлежит только командиру корабля и его прямым начальникам. В походе – также старшему помощнику, вахтенному офицеру и командиру боевой части связи (БЧ - 4). При стоянке на якоре и у причала – это право предоставлено всему офицерскому составу корабля для ведения переговоров по служебным вопросам через вахтенного офицера (дежурного по кораблю). Вся информация, передаваемая с корабля, называется исходящей, принимаемая на корабль – входящей, принятая для передачи другому кораблю – проходящей. Все принятые и переданные семафоры и сигналы записываются сигнальщиками в журнал входящих и исходящих сигналов и семафоров, и докладываются вахтенному офицеру (дежурному по кораблю). В зависимости от адресования, сигналы могут быть: Общими, т.е. относящимся ко всем кораблям соединения или к кораблям и постам НиС, находящимся в пределах видимости поднятого (передаваемого) сигнала. Сигналом адресату, т.е. относящимися к отдельному соединению, кораблю или посту НиС. Общий сигнал поднимается (передается) кораблями или постами НиС, как правило, без позывных, а при световой сигнализации – предваряется знаком общего вызова. Он принимается всеми кораблями и постами НиС, находящимися в видимости передающего, на общий сигнал отвечают все корабли и посты НиС. Сигнал адресату принимается (передается) с позывными соединения кораблей, корабля или поста НиС, к которому он относится. На этот сигнал отвечает флагманский корабль соединения, корабль или пост НиС, позывные которого подняты (переданы). Каждому кораблю, корабельному соединению, вспомогательным судам, постам НиС и должностным лицам присваивается особое, трехфлажное сигнальное сочетание, называемое флажным позывным. Позывные корабля (поста), которому адресован сигнал, составляют первое сигнальное сочетание. Позывные, поднятые в конце сигнала показывают подпись. Кроме того, корабли обязаны поднять свои позывные в следующих случаях: при входе на рейд (в гавань); при выходе с рейда (из гавани); при прохождении в видимости поста НиС; при встрече с другими кораблями в море; по готовности к выполнению полученного приказания или поставленной задачи. Первыми показывают свои позывные: младшие должностные лица – старшим; корабли низшего ранга – кораблям высшего ранга; корабли – посту НиС независимо от ранга и флага должностного лицаэ При следовании в составе соединения позывные показывает и на позывные отвечает только флагманский корабль, при этом показываются позывные соединения. Позывные поднятые (переданные) флагманом подчиненному кораблю, обозначают: “Не то делаете” или “Осмотритесь”. Ответ на позывные дается позывными. Связь флагами осуществляется в соответствии с Правилами зрительной связи и сигнализации ВМФ, сигналами, установленными Сводом боевых и эволюционных сигналов ВМФ, Международным сводом сигналов и Шлюпочной сигнальной книгой. Эти сигнальные своды дают возможность частично или полностью заменять текст сообщения отдельными сигналами, имеющими такой же текстовой смысл. В ВМФ для связи с кораблями, постами НиС используются “Свод боевых и эволюционных сигналов ВМФ”, для связи с катерами и шлюпками – “Шлюпочная сигнальная книга”, а для связи с иностранными военными кораблями и судами морского флота – Международный свод сигналов. Сигналы могут быть однофлажными, двухфлажными, трехфлажными и четырехфлажными. Основное требование флажной сигнализации – обеспечение видимости сигналов, поэтому сигналы могут подниматься на любой мачте или стеньге мачты лишь с соблюдением последовательности, установленной для подъема отдельных сочетаний Правилами зрительной и звуковой связи ВМФ. При этом предпочтительней поднимать сигналы в таком месте, положение которого способствует быстрейшему их разбору или подсказывает направление предусмотренного сигналом действия или движения. Например сигналы П и Л, хотя и могут пониматься на любом ноке, как правило, поднимаются на ноке, соответствующем стороне поворота. Сигналы БЭС, за исключением сигналов показания стороны поворота и изменения хода передаются в следующем порядке: Флагманский корабль сигналы по соединению передает без позывных адресата и отправителя, эти сигналы репетуются всеми кораблями соединения. Флагманский корабль сигналы в адрес одного или нескольких кораблей передает только с позывными адресата (адресатов), эти сигналы репетуются кораблями, находящимися по кратчайшему расстоянию между отправителем и адресатом. Корабли соединения сигналы, являющиеся донесением флагману и одновременно оповещением кораблей соединения, передают только со своими позывными; эти сигналы репетуют флагами все корабли соединения. Сигналы показания стороны поворота и изменения хода показываются без позывных отправителя, флагами и фигурами не репетуются. Репетование сигнала флагами производится в такой последовательности: Корабль – отправитель поднимает сигнал “до места”, корабли, репетующие сигнал, понимают его “до половины”. Корабль – адресат поднимает сигнал до места, вслед за этим корабли, репетующие сигнал, поднимают его также до места, сигнал спускается всеми кораблями, следуя действиям флагмана. Флажные сигналы могут исполняться: с разбором сигнала, т.е. после того, как они будут прочитаны и поняты; со спуском сигнала, т.е. после того, как на флагманском корабле сигнал будет спущен; по “Исполнительному”, т.е. после того, как на флагманском корабле будет спущен флаг “Исполнительный”, поднятый совместно с набранным сигналом, но на другом сигнальном фале. Световая связь осуществляется приборами ненаправленного и направленного действия. Приборы ненаправленного действия разрешается применять только в случаях, когда нет опасности быть обнаруженным, а именно – при стоянке в базе или на защищенном рейде. Приборы направленного действия применяются для связи как на якоре, так и на ходу, в случаях, когда необходимо соблюдения скрытности связи. Сообщения передаются знаками телеграфной азбуки. Короткий проблеск – точка, длинный проблеск – тире. Связь может осуществляться передачей семафоров, а также передачей сигналов БЭС. Если для связи используется БЭС, то передача предваряется знаком свода. Сигналы свода при использовании световых средств передаются в том же порядке, как и флагами, но обратное репетование при этом не делается, а передача производится по линии без предварительного вызова. Каждый корабль в строю, приняв сигнал от предыдущего корабля, дает ему знак ответа. Если знака ответа не последовало, то сигнал повторяется вновь. На сигналы, исполняемые по «исполнительному», концевые корабли дают флагману квитанцию – свои позывные. Передача квитанции производится так же, как и сигнала. По получении квитанции флагман, а вслед за ним и все корабли включают красный огонь. Сигнал исполняется с выключением красного огня. Флажный семафор – наиболее простое средство зрительной связи и сигнализации на небольшие расстояния в светлое время суток. Связь флажным семафором осуществляется с использованием русской или международной семафорной азбуки. Звуковая сигнализация применяется в тех случаях, когда по условиям видимости не могут быть использованы средства зрительной связи, а также для предупреждения столкновения судов в море. Сигнальные фигуры употребляются для показания сигналов о скорости хода корабля, а также аварийных и предупредительных сигналов. Пиротехнические средства применяются для передачи коротких сигналов, привлекающих внимание и для опознавания.

Источник: http://reftrend.ru/594539.html

Что такое КВН?

kresta-ii — Mon, 03 Nov 2014 06:43:38 GMT

До сих пор помню этот КВН. Ну до чего же командиры и старпомы на выдумку бывают тороваты, особенно, когда дело касается поддержания имиджа Родины, да что там имиджа – отстаивания ее интересов любыми средствами, вплоть до дипломатических, даже если это угрожает здоровью экипажа с легкой потерей боеспособности корабля, правда совсем временной, часа так на полтора-два в сутки...
Но все по порядку!
БПК «Маршал …» проекта 1134А - совершенно новый корабль, с экипажем, укомплектованным лучшими офицерами Краснознаменного Северного Флота (читай, лейтенантами этого и прошлого годов выпуска, редко разбавленного опытными офицерами в капитан-лейтенантских званиях, в основном, на должностях командиров боевых частей), после ходовых испытаний и сдачи полного комплекса задач вышестоящему командованию, гордо стоял у причала в Лиепая. Все было готово к переходу в Североморск – родную базу, где остались жены и дети у тех, кто постарше, любимые у лейтенантов, кто пошустрее в делах амурных. Словом, готовились домой.
Командир корабля капитан 2 ранга Котов Александр Семенович сидел в своем кресле на ходовом мостике и принимал последние перед выходом доклады. Провели проверку личного состава – все на месте! Поехали!
Балтику прошли быстро, хотя октябрьская погодка командиру не нравилась: серо, слякотно, на верхней палубе находиться противно. Но волнение моря приемлемо, надводная обстановка по курсу благоприятная.
Словом, выскочили из Балтийского моря, как пробка из бутылочного горлышка, – домой ведь! И вот тут начинается самое главное! То ли командир заранее знал, да от всех втайне держал, то ли и впрямь только что радиограмму получил, но… по логике надо было повернуть направо к Североморску, а мы повернули в противоположную сторону. Я об этом позже всех узнал, утром за завтраком в кают-кампании. Ночь провел прекрасно, снились жена и маленький сын, борщ со сметаной, домашний уют и еще кое-что, но об этом я вам не скажу, потому что интимное. В кают-кампании я, весёлый такой от ночных представлений и от полноты предстоящего счастья, увидел тени смерти в глазах сослуживцев и очень удивился такому обстоятельству. Холостой лейтенант, которому пофиг было куда идти – налево, направо, к чёрту на рога, лишь бы идти, отвел меня в сторонку и всё рассказал. До меня доходило туго, но минут через десять всё же дошло. Я понял, что произошла катастрофа вселенского масштаба. С женой мы так не договаривались. «Одна, с ребенком, без денег…» – летали в голове мысли, а может все и вылетели наружу в те минуты, потому что голова совершенно опустела, знаете, как барабан после последнего удара колотушкой в трагическом финале оперы-фарса «Богатыри» А. Бородина на либретто Демьяна Бедного. Про такую оперу я знал, но никогда не слышал (оперы ведь слушают, а не смотрят), как не слышал ее никто с 1936 года после снятия с репертуара. Про «последний удар колотушкой в трагическом финале» подумалось случайно. Красиво подумалось, но внутри меня омерзительно затошнило в самого себя. Командир за завтраком подтвердил, что, действительно, идем на ТОФ (Тихоокеанский флот)... Дальше будет веселее, действительно веселее, я не утрирую.
Пришли в Экваториальную Гвинею, прямо в столицу – Малабо, что на острове Биоко (бывший Фернандо-По) в Гвинейском заливе Атлантики. Условия для захода и швартовки великолепные, лагуна – райское место. К берегу привязались. Пирс подготовлен. На нём девки чёрные пляшут – приветствуют как бы. На верхней палубе стало жарко – туземки раздеты основательно: только в лифчиках и набедренных повязках из какой-то соломы, тела плотные, но не заметно, чтобы потные, а груди в такт движениям туда-сюда! Офицеры, которые женатые, глаза в сторону отводят, а остальным что – пялятся, некоторые бесстыдно, но я уже не помню кто. Тут я сделаю отступление. Морская служба – она всё бы ничего, но есть одно обстоятельство – гормоны. Куда гормоны-то в море девать? Мы своего доктора давно пытаем – подсыпаешь нам что-нибудь в пищу или нет? Молчит – не говорит! Как служить теперь из-за этих девок. А на корабле несколько сот молодых мужиков своего экипажа да десятка полтора вертолётчиков. Впрочем, вертолётчики не в счёт. Они еще на Балтике, как закрылись в своей каюте с флягами спирта, так мы их до Малабо и не видели. Что ели, что пили? Впрочем, пили, понятно, что! Я их, вертолётчиков, потому и не считаю – какие у них гормоны после нескольких недель беспробудного пьянства. Котов их не трогал. Дело в том, что согласно уставам, определяющим жизнь на корабле, все «пассажиры» должны быть к нашим делам приставлены, нам как бы в помощь. Но вертолётчики - не пассажиры. Они на противолодочном корабле для того, чтобы с воздуха подводные лодки обнаруживать. Плавание у нас было одиночное, из начальства – никого, вот командир с ними и не связывался. Умный человек! Чего они тебе «с бодуна» , кроме ЧП, налетают? Так и сидели в каюте, пока сами в небо не попросились. Выпитый-то спирт списывать надо! А как без полетов и записей в вахтенном журнале спишешь? Вопрос! Котов, когда они в небо просились, разрешал, конечно им полететь, но не далеко, а высоко сами не хотели - голова кружилась. Это уже после Экваториальной Гвинеи. Тут, пока еще президент этой банановой республики не подъехал нас с прибытием поздравить, я опять отвлекусь и попеняю нашим военачальникам. Ведь такие визиты кораблей не за месяц и не за два согласовываются на дипломатическом уровне. Чего боялись, не упредив, что нам с ТОФом судьбу связать придется ! Мы бы хоть с семьями и прочими бытовыми вопросами разобрались! Куда бы мы с корабля делись? А так на тебе, здрасьте, – североморцы на ТОФ идут, кто там их ждёт. Так оно впоследствии и вышло. Но до ТОФа, ой, как далеко было, я вам ещё столько историй расскажу!
Подъехал президент на красивом лимузине с кортежем. Я тогда ещё в иномарках не разбирался. Что мы видеть могли, кроме «Жигулей» да «Москвичей»? Черную «Волгу» командира эскадры, контр-адмирала, который в Североморске надо мной жил и иногда до корабля подбрасывал? Спасибо ему! Девок в сторону отодвинули. Мы заранее построились. Президент со свитой поднялся на корабль, командир доложил ему что-то на вертолетной площадке (я на шкафуте стоял, не слышал). Пошумели гости на корме, пощебетали не по-нашему и отбыли. Девок, однако, оставили. Те еще несколько часов, пока не стемнело, нам тоску разгоняли, а может и навевали, кому как! Думаю, что про президента самое время сейчас рассказать, а то потом забуду.
Первым президентом Республики Экваториальная Гвинеи после освобождения от испанского владычества в 1968 году стал Франсиско Масиас Нгема Бийого, отец нации, генерал-майор вооруженных сил и прочая, и прочая. Всего в его титуле я насчитал тогда 102 слова на испанском, многого не понял. Недавно, когда созрел рассказать вам эту историю, полазил по словарям, и везде его называют “одиозной фигурой”. Он был свергнут в результате военного переворота и расстрелян в 1978 году. Может все и так, но я с этими оценками не согласен, да и все, кто был тогда на корабле, меня поддержат - он стал нам, как отец родной, командиру нашему - братом. А почему - имейте терпение!
Попрощался поклоном президент, по трапу красиво сошел и все время тросточкой помахивал. Тросточка дорогая. Была она благородного металла и инкрустирована драгоценными камнями. С тросточкой этой он никогда не расставался. Может в ней иголка его жизни была спрятана, как у Кощея в яйце, не знаю, да уже и не узнаю. Тайну он с собой в могилу унес. А тогда он был превосходен: в хорошем костюме, гладко выбрит и приятно пах. Я не нюхал, но офицеры, которые рядом с ним терлись, рассказывали. После его отъезда срочное совещание в кают-кампании.
- Товарищи офицеры! - говорит командир - вечером прием в президентском дворце. В 19.00 к трапу подадут автобусы. От экипажа приглашены 70 человек. Старшему помощнику и заместителю командира по политической части обеспечить мероприятие. Старшин и матросов не брать. Только офицеры.
И ушел. Видим, как бледнеет лицом старший помощник и протирает лысину заместитель по политической части. У нас в экипаже едва ли столько офицеров наберется. Да и на корабле надо кого-то оставить: вахтенные, дежурные. Но кто с командиром спорить станет. Ломанулись к вертолётчикам, те после встречи президента опять в каюте закрылись и признаков жизни не подают. Хотя на палубе их видели чистыми и опрятными, не в комбинезонах. Решили привлечь мичманов, о чем старпом у командира специальное разрешение ходил испрашивать. В офицерскую форму их не переодевали. Какая разница для африканцев: мичман или лейтенант. Погон почти одинаков, только звездочки у одного вдоль, а у другого поперек.
- А еще командир просил отнестись к мероприятию очень ответственно - сказал старпом, вернувшись от командира, - будут спиртные напитки и женский пол. И в том и другом проявить выдержку.
Народ сильно оживился, некоторые задумчиво ухмылялись. У доктора начал нервно дёргаться ус.
- Форма одежды номер раз, без кортиков (почему без кортиков – понятно?).
- Вопросы? Нет вопросов? Готовиться!
Дежурного по кораблю менять не стали, а вот дежурного по низам (низы - всё, что под палубой) заменили и определили в нашу команду, как принципиально непьющего спортсмена. Словом, набрали с мичманами человек 60, командир махнул на всё рукой и согласился на ограниченный контингент, мудро решив, что если столы будут уставлены бутылками не очень плотно, то мы норму не доберем, а если плотно, то к перебравшим будут приняты самые строгие меры партийно-комсомольского и дисциплинарного воздействия. Как же командир ошибался! Нет, не по поводу тяги к спиртному вверенного личного состава. Из отправившихся на прием никто до чёртиков не напился, все было чин-чинаром, но слушайте дальше.
Прибыли на автобусах в президентский дворец вовремя, столы ломились от яств, бутылками такими заставлены, которых мы и в кино не видывали, а ихнего народу - мать честная! Мужики, хоть и чёрные, но холеные, с супругами. Много военных тоже с бабами. И все с дочками. Вот этого командир как раз и не учел. Учел замполит, еще на корабле. Он велел доктору короткими перебежками посетить все каюты и провести беседы о… невозможности лечения в корабельных условиях африканских венерических болезней. Но мы его почти не слушали, а гладили брюки и брились. Если настроение почти уже праздничное - до бесед ли телоспасительных?
Тостов было много и со стороны президента, и от нас. Посол речь сказал. Потом бокалы поднимали министры, генералы. Ребята держались молодцом. Я видел, что многие пили, изображая отвращение, некоторые через раз, но разное, а слабохарактерные в вопросах выпивки (были среди нас и такие) вообще не употребляли. Наговорились, наелись, напились. Переводчик из посольства ни одной рюмки опрокинуть не успел, но очень хотел - столько работы. Видно было, что слабохарактерный. Жалко было и командира, только наоборот - он сидел рядом с президентом, а там не посачкуешь. Начались танцы. Дамы сначала смущались, но быстро разгорячились. Пары смотрелись очень красиво: девушки чёрные, а мы в белом! Но потом эти пары начали подозрительно куда-то исчезать. Котов, несмотря на занятость с президентом, заволновался, погрустнел и что-то зашептал переводчику, переводчик - послу, посол - президенту. А праздник продолжался почти по-русски. Как в нашем североморском ресторане “Океан” за полчаса до закрытия. Официальная часть давно закончилась. Генералы и министры начали с супругами переглядываться - дочерей-то нет. Бедный командир! Он и от президента оторваться не может и половины своего личного состава в зале не досчитывается. То глазами зыркнет, то президенту улыбнется, то кому-то кулак из-под стола покажет, губы шевелятся, и по артикуляции хорошо узнаются слова, о которых я писал в рассказе “Как с матом боролись”. Наконец, президент встал из-за стола и куда-то вышел, нет удалился (президенты удаляются) в сопровождении ясноокой и не очень чёрной, можно даже сказать смуглой супруги и особ, особо приближенных к президентскому телу. Командир вздохнул свободнее, перестал улыбаться (к чему теперь), включил своё обычное выражение лица - не очень строгое, но и не предвещающее ничего хорошего, и вышел из зала. Те, кто находились на улице, слышали его крики в отдалении: “Всем на корабль, я вам… я вас… вы мне…” Он еще что-то кричал, но разобрать было невозможно. Посол дал ему открытую машину и командир, стоя в ней, как министр обороны во время парада в Москве, гонял по окрестным холмам и вытаскивал офицеров и мичманов из кустов. Говорят, даже пистолетом размахивал.
И чтобы вы думали? Дочкам мы, видимо, так понравились, что они на следующий день, уговорив своего президента (предполагаю), снова устроили прием. Наш командир, обычно никогда не терявший самообладания, явно был растерян. На второй день посылать было почти некого. Кто-то себя не проявил, а кто-то откровенно скомпрометировал. Из тех, кто был вчера, вторично судьбу испытывать не хотели, кроме одного мичмана, который рвался в бой. Но Котов сам его на прием не пустил, потому что накануне из кустов последним вытаскивал. Начальника вертолетчиков пригласили в каюту к командиру, и они долго совещались за закрытыми дверями. Вестовой, относивший чай, ничего путного сообщить не мог. Однако (вот же умеет наш командир постоять за интересы Родины даже в самой экстремальной ситуации!), к моменту прибытия автобусов вертолетчики отутюженные, выбритые и почти трезвые, с искринкой в глазах (искринки зажигал в их же каюте наш замполит) стояли в строю и загадочно улыбались. Некоторые облизывались. Срочно собрали комитет комсомола: на этот раз командир от безысходности разрешил послать на мероприятие, старшин и матросов, правда, под неусыпным присмотром офицеров и только отличников боевой и политической подготовки. Сам не поехал - присутствие президента не предполагалось. Возглавлял делегацию на этот раз старпом.
Очередной прием прошел «на отлично» и без малейших замечаний. Командование корабля было довольно своими орлами, ну и вертолетчиками тоже. Старпом перед отправкой на корабль лично обошел все заросли вокруг дома приемов. В кустах, кроме местных, никого не обнаружил.
Президент дал нам пару дней передохнуть, постирать бельишко и приготовиться к новым испытаниям. Потом он снова заявился с послом на корабль, но уже неофициально. В кают-кампании их угощали чаем. После проводов сообщили, что на следующий день рано утром мы уходим в материковую столицу государства Бату… с президентом на борту. Было приказано подготовить кают-кампанию к встрече и перевозке высокого гостя, а столы сервировать деликатесами и спиртными напитками. Деликатесы еще куда ни шло, у помощника командира по снабжению имелся запас балычка, несколько баночек крабов и немеряно всякой тушенки и рыбных консервов (я с ним в одной каюте жил). Но где взять спиртные напитки? И тут был самый главный за время плаванья выход нашего старпома, который доложил, что приказание будет выполнено. У командира вытянулось лицо: как, откуда? Старпом загадочно произнес: “КВН!”, поманил пальцем помощника командира, и оба удалились в неизвестном направлении. Отплытие было назначено на шесть утра. Ночью мало кто спал. Матросы драили кают-кампанию, камбузный персонал пулями летал по кораблю и гремел посудой. Не было видно только старпома.Когда в пять утра командир пришел инспектировать “зал для приемов высоких гостей”, он обомлел: на столе помимо закусок стояли… настоящие бутылки коньяка с надписью “КВН”. Честь нашего государства была не посрамлена, а лицо корабля красиво припудрено. Назначенные на застолье офицеры (на этот раз немного, человек десять, и я в том числе), приняв после беспокойной ночи холодный душ и тщательно побрившись, зашли в кают-кампанию. Президент был весьма оживлен, улыбчив, шутил на английском, охотно пил наш коньяк и с большим удовольствием закусывал толстолобиком в томатном соусе, искусно декорированным под благородную рыбу. В Бату шли полным ходом. Часов через пять были на месте. Старпом долго не хотел рассказывать, из чего изготовил коньяк, который так понравился президенту, но потом раскололся. “КВН” он расшифровал так: К - клюквенный, В - ворошиловский (почему "ворошиловский" - участники похода догадались!), Н - невыдержанный (выдерживался-то одну ночь). Оказывается, они с помощником развели спирт водой и добавили клюквенный сироп, пара банок которого завалялась на складах, пустые коньячные бутылки нашли под койками у вертолетчиков, а новые пробки и этикетки к ним изготовили корабельные умельцы. После этого визита, писали наши газеты, советско-гвинейские отношения достигли нового уровня. Мы об этом, конечно, тогда знать не могли. Франсиско нам стал как родной. Вот тебе и “одиозная фигура в истории”! В Бате череде приемов был придан свежий импульс, а отношения между нашими народами настолько укрепились, что президент хотел наградить Котова орденом, но что-то помешало. Об этом как-нибудь в другой раз.
Постскриптум: фамилия командира изменена, корабль не назван, кто себя узнал – не обижайтесь, а если где приврал - то по забывчивости, сорок лет прошло…

(с) Алексей Бирюков

БПК "Маршал Ворошилов" 1973-74 г.г.

Жадность химика сгубила

kresta-ii — Mon, 03 Nov 2014 06:38:16 GMT

Служил у нас на корабле Миша Шпагин – скромный выпускник химического факультета одного из многочисленных военно-морских училищ, которые были разбросаны по бескрайним просторам нашей необъятной родины.
Лейтенант особо ничем не примечательный, кроме белобрысой шевелюры и пухлых щёк; заведовал системами дегазации и дезактивации, химкостюмами, противогазами и прочей мутью в прямом смысле этого слова, потому как мутил всякие смеси и составы в целях борьбы с мерзкими корабельными тараканами путём периодического обрызгивания помещений. Служба не пыльная, особо не заметная. Народа в подчинении немного. Обязанности в уставах и наставлениях прописаны, перспективы ясные, «старший лейтенант» на подходе. Женское внимание поверх Мишиной головы проскальзывало и не задерживалось даже на фуражке с широкими полями, шитой на заказ ещё в училище. А Миша особо и не стремился сойти с корабля порадоваться жизни, как все остальные, закрывался в каюте, читал книжки, не курил и сильно выпившим не замечался, в комендатуру не попадал. Поэтому считался передовым офицером и часто ставился в пример за образцовые конспекты по марксистско-ленинской подготовке.
Кроме тараканов на корабле водилась живность покрупнее – крысы, борьба с которыми тоже неофициально входила в обязанности химика. Миша с крысами воевал без особого энтузиазма и только время от времени, после нагоняя от старпома. Твари, однако, к его химмероприятиям относились легкомысленно, по трапу строем на берег не сходили: просто перебегали с места на место, не желая оставлять полюбившийся корабль. Но Миша уверенно докладывал старпому, что по его подсчетам крысиного племени убыло. Старпом не верил, но шел к командиру отчитываться и подписывать бумаги. Когда крысы окончательно нас достали, старпом с одобрения командира объявил, что если какой из матросов отловит 50 крыс, отрубит им хвосты, а хвосты предъявит комиссии, то при первой же возможности будет отправлен в краткосрочный отпуск (10 суток плюс дорога). Моряки быстро смекнули выгоду от этой сделки с командованием и начали отлавливать крыс (согласно жребию) то одному, то другому. Количество отпускников, поощрённых «за успехи в боевой и политической подготовке» сильно возросло, а количество крыс фактически не уменьшалось. Более того, к акции подключились соседние экипажи, которые передавали свои «хвосты» друзьям на наш БПК, чем явно не улучшали старпомовскую статистику. Старпом об этом до поры до времени не знал. А когда узнал – было уже поздно. Наш корабль в срочном порядке отправляли на боевую службу. Мише дали последнюю возможность отличиться. С корабля на причал из кают, кубриков, вентиляшек, подсобных помещений выволокли всё, на чем спали, что надевали, из чего ели и пили, а также частично - что ели. Холодильники наглухо задраили, а камбуз предварительно вычистили до последней крошки. На причале образовалась гора высотой до ходовой рубки.
Миша чувствовал себя Наполеоном: громко отдавал распоряжения своим немногочисленным подчиненным, со старпомом глазами старался не встречаться, только иногда косился. Старпом сидел в кресле на берегу и терпеливо ждал, когда задымит. Наконец, задымило. Через все корабельные щели наружу начал вырываться едкий, вонючий, оранжевый дым. Это Мишина команда одновременно подожгла шашки. Экипаж с интересом наблюдал за тем, как крысы побегут с корабля. Некоторые дремали, не надеясь на успех. За полчаса ни одна из крыс так и не показалась в поле зрения. Кто-то предположил, что крысиная паника охватила противоположный борт, и твари прыгали в воду там. Штурман – отъявленный пессимист - сказал, что зрелища не будет, потому как крысы по трубопроводам переместились в верхние этажи и оттуда наблюдают за провалом Мишиной операции.
Когда вернулись на корабль, предварительно для проветривания открыв всё, что можно открыть, кроме кингстонов (клапаны, перекрывающие доступ забортной воды), даже дохлых тараканов не обнаружили. Но вонь стояла долго. Недели через две вышли в море…
Стоим у причала в порту Бербера (Сомали). Тогда сомалийских пиратов и в помине не было, а был здесь пункт передового базирования нашего флота. Наземной инфраструктуры никакой, только плавказарма да буксир. Ни казино на берегу для отдыха уставших моряков, ни борделя рядом (для телесных услад, как у американцев). Время от времени заскакивали сюда наши атомные подводные лодки, не знаю зачем заскакивали, я на них не служит. Что делают моряки вдали от своих баз в периоды вынужденного безделья? Правильно – ищут любую возможность скоротать время, скрасить скучные будни каким-нибудь развлечением. Жестокой забавой была перегрузка сетками верблюдов с йеменских судов на берег. Верблюды иногда срывались, падали в воду, и их немедленно разрывали дежурившие неподалёку акулы. Жуткое зрелище и не для слабонервных! Но, слава Богу, были занятия и поспокойнее, например, полюбившиеся экипажу вылазки на баркасе за пределы бухты, вдоль береговой линии. Командир давно облюбовал одно местечко: плоская отмель, тончайший песок, изумрудное море. Вокруг ни души, только высокие белёсые облака да чайки над водой… и солнце, ослепительное солнце. А ещё бесконечное ощущение свободы… до ужина (обед брали с собой сухим пайком).
На этот раз с нами был Миша, старпом разрешил. Рыбу ловить не стали, хоть снасти прихватили. Было решено купаться и загорать, попутно с пользой для дела – поднимать со дна живность: звёзд, ежей и, конечно же, замечательные раковины, которыми были богаты здешние прибрежные воды. Но уговор был такой – весь улов в баркас, а уж потом честная делёжка. И разбрелись кто куда. С собой брали акваланги, но что с них толку на мелководье. Пользовались простыми масками, а некоторые и вообще без них. Паришь над дном, как космонавт над Землей, под тобой рыбы экзотические, мурены, извиваясь, проскальзывают мимо, бывает и барракуда, лениво шевеля плавниками, проплывёт. По дну ежи ползают – не подходи, уколю! Морские звёзды медленно спешат по своим делам. Временами пугливый кальмар выпустит облачко фиолетового дыма. Словом, отдыхай, моряк – заслужил! И вот посредине этого умиротворения, когда даже командир, наплававшись, задремал в заботливо поставленном раскладном кресле под зонтиком, раздается душераздирающий крик. Над поверхностью моря вздыбливается столб, из него появляется Миша и с перекошенным от ужаса лицом бежит по воде так быстро, что не успевает погружаться. Пулей вылетел на берег и орёт: «Доктора-а-а-а!». Сам же не забывает стыдливо прикрывать обеими руками то место, где у нормальных людей ширинка. Подскочил доктор с чемоданчиком, уложил Мишу наземь и попросил отвернуться любопытствующих. Через пять минут Миша орать перестал и успокоился. Доктор сделал всё как надо: скальпелем быстро перерезал мускулистую конечность великолепной раковины, которую Миша, не захотев делиться, засунул себе в плавки.
Завтракать, обедать и ужинать химик ходил в последнюю очередь. Когда ему доводилось бывать на совещаниях, то в начале - несколько минут обязательного хохота. По приходу в базу Миша срочно перевёлся на другой корабль.

(с) Алексей Бирюков

БПК "Маршал Ворошилов" 1973-74 г.г.

На якоре у острова Сокотра

kresta-ii — Mon, 03 Nov 2014 06:34:55 GMT

У Сокотры стояли на якоре около двух недель.

Погода вполне тропическая: штиль, жара и полное отсутствие деятельности. Даже командир БПК капитан второго ранга Котов перестал гонят экипаж по авралам и тревогам. Духота! На верхнюю палубу выползали с заходом солнца. В каютах чуток попрохладнее было, маслопупые из последних сил старались, холод гнали. На берег не сойдешь, на баркасе плыть некуда, под воду не погрузишься да и в небо не взлетишь к чёртовой матери от этой экзотики.
Моряк без дела - жди ЧП. Собрались командиры БЧ, замы и стали думать, как быть. Хотели строевой подготовкой личный состав занять - да верхняя палуба так раскалена, что через тапочки подошвы матросские, как шкварки из украинского сала на сковородке, шипели, забортным плаванием в брезенте экипаж развлечь - акул опасались, праздник Нептуна устроить - недавно экватор проходили. Пробовали шлюпку на воду спускать, да много ли народу через это занятие пропустишь, течениями может и в море унести - не выгребешь, хлопотно. Умнее всех, как всегда, командир корабля, ему по должности положено.
- Команде построиться на юте!- прозвучало из рубки дежурного по кораблю.
Построились, подравнялись.
- Смирно!
Котов вышел к строю, всех внимательно осмотрел и говорит:
- Профессиональным рыбакам, любителям рыбалки и просто сочувствующим - два шага вперед!
Вышли из строя все, кроме боцмана. Стоим, смотрим, что дальше будет. А командир:
- Боцман! A вы не рыбак?
- Никак нет, товарищ командир! Я даже рыбные консервы не ем.
- Тогда вам заступить дежурным по низам, остальным рыбу ловить! Вольно, разойдись!
Что тут началось! БЧ-5 прожектора на вертолетном ангаре устанавливает, БЧ-4 музыкальное сопровождение организовывает, боцманская команда какие-то сетки из-под продовольствия тащит, большой зам, выпучив глаза, бегает по палубе и рассказывает, как он у себя в Костроме щук ловил...
За полчаса управились. Уже и стемнело. Прожектора включили, на воду направили. Замельтешило на поверхности что-то до ряби в глазах.
От креветок на третий день тошнило. Жаль пива не было, а то бы мы еще пару дней продержались.
Случилось это в одна тысяча девятьсот семьдесят (дай, бог, памяти) четвертом году от Рождества Христова на борту БПК "Маршал Х". Во Владивосток пришли месяца через полтора. В ресторане "Гудок" желдорвокзала со знаменитым ансамблем "Шлагбаум" пиво пили со своей, прихваченной с корабля, воблой.

(с) Алексей Бирюков

БПК "Маршал Ворошилов" 1973-74 г.г.

Служба на БПК "Маршал Ворошилов" ("Хабаровск"). Продолжение.

Ермоха — Sat, 05 Apr 2014 13:36:06 GMT

Служба на КБПК "Маршал Ворошилов". Продолжение.

Прибыли во Владивосток, до сдачи боезапаса "Ворошилов" встал на якорную стоянку на рейде Шкотово. Вахта стояночная, трёхсменная. После обеда и ужина демонстрируются кинофильмы. В один такой вечер только начали смотреть фильм - сыграли пожарную тревогу, согласно расписанию - бегу в электростанцию по команде и ПЭЖа, запускаю дизельгенератор и беру часть нагрузки с носовой станции. По КГС объявляют, что горит дополнительный артиллерийский боезапас по правому борту, а рядом пусковая КТ-100 с ракето-торпедами. Сидим, ждём что будет дальше. Через какое-то время объявили отбой пожарной тревоги и тут же построение на вертолётной площадке. Во время построения узнаю у ребят из носовой аварийной партии, что при тушении обнаружили выстрел от сигнальной ракеты. При перекличке обнаружили, что в БЧ-1 не хватает одного матроса. Боевая тревога: "По постам и отсекам осмотреться, десантной группе осмотреть остальные помещенияи выгреба!" Нашли этого бедолагу в адмиральской каюте. Утром пришёл катер с особистами и больше мы его не видели и ничего о нём не слышали. Вскоре сдали боезапас, пополнили топливо, воду и пришли к своему 33 причалу и всё вернулось "на круги своя": ППО и ППР, проворачивания, политичиские и специальные занятия, стояночная вахта, увольнительные в город. Вернулся командир из госпиталя. На подъёме флага объявил экипажу свою благодарность, что не подвели его в походе. За выполнение боевой задачи последовали благодарности, повышения по службе, по званиям, награждения. Весь личный состав был награждён житонами "За дальний поход"; командир дивизиона движения старший лейтенант Ладонцев Ю.С. - медалью "За боевые заслуги"; командир БЧ-5 капитан-лейтенант Сорохин ушёл на повышение, его место занял капитан III ранга Путов; командир ЭТГ старлей Николаенко ушёл в Ленинград в ВВМУ им. Фрунзе на преподовательскую работу, его место занял лейтенант Шароков (в своё время курсантом проходил у нас стажировку). Осенью почти всю эскадру собрали в бухте Абрек, была отличная погода, командование устроило соревнования между кораблями, БЧ и группами на шлюпках. На всех этапах шлюпочных гонок "ворошиловцы" были первыми.

Наступил ноябрь. Сошли с корабля - старшина I статьи Мезенцев П (с. Лесное Юргинского района, Тюменской области), старший матрос Чернядьев А (Киров). Пришло новое пополнение. Во второй половине декабря 1976 года "Ворошилов" вышел в море в район острова Сахалин для работы с подводными лодками. Море было неспокойное, немного штормило, но задачу по работе с лодками мы выполнили на отлично о чём сообщал сообщил командир и добавил, что идём во Владивосток - Новый год будем встречать дома. Я в этот день был бачковым и как раз накрывал столы. Поступила команда о приёме пищи, первая смена расселась по банкам. Разливаем и раздаём первое, в это время по КГС голос командира: "Команде приготовиться к повороту корабля!" и резкий крен на левый борт. Всё что было на столах, сами столы, банки и сидящие на них, оказались на палубе столовой. С этого момента мы на несколько дней забыли про горячую пищу, да и не требовалась она нам в 10ти бальный шторм. Командир сообщает, что «Ворошилов» идёт в район Камчатки, где терпят бедствие три СКР камчатской флотилии, их сорвало с якорей, они потеряли ход и их несёт в сторону Японии. Когда вошли в эпицентр тайфуна, поступило сообщение, что затоплен первый отсек и там моё хозяйство – электрооборудование и двигатели носовых шпилей, сорвана с тумбы носовая пусковая установка, выведена из строя антенна носовой навигационной станции «Волга». Командир через определённый промежуток времени разворачивал корабль, чтобы работать кормовой «Волгой». Что творилось в это время внутри корабля не нужно объяснять. И всё-таки мы их нашли, взяли на буксир один СКР, координаты остальных сообщили приближающимся кораблям. Отбуксировали СКР в одну из бухт, отдали его местному буксиру. Я, когда вышел на бак, оцепенел – это не корабль, а глыба льда, одна антенна станции «Восход» чистая. Откачали воду из помещения электрошпилей, произвели соответствующие замеры. Все электроприборы и двигатели показывают нулевое сопротивление – работать нельзя. Командир принимает решение идти в базу и швартоваться без электродвигателей. В общем, как бы то ни было, а к своему причалу мы пришвартовались, правда после этой швартовки мы со старшиной баковой команды – старшиной I статьи Урюпиным с полпачки «Примы» выкурили. Были пострадавшие: помощнику командира – старшему лейтенанту Петрову раздробило ногу тяжёлой дверью 39 тамбура и несколько матросов и старшин с ушибами и переломами.

После короткого отдыха начались ремонтные и восстановительные работы по кораблю. Все электрики, свободные от вахт, работали в помещении носовых шпилей – вскрывались и промывались спиртом электроаппаратуры управления. Электродвигатели были разобраны, статоры были подняты наверх и доставлены в душевую. Кто видел эти двигатели, то хорошо представляет, что это был за труд. Обмотка статоров была белой от соли, решили их промывать кипятком из пожарных рукавов, тогда я получил травму: кипятком обварили голень левой ноги. Но как бы то ни было, а носовые шпили через определённое время были в рабочем состоянии.
В начале марта мне был объявлен отпуск и я убыл на Родину. По прибытии из отпуска, в апреле 1977 года «Ворошилов» уже находился в «Дальзаводе» в сухом доке.
В мае начались работы по ремонту оборудования, дежурная и вахтенная службы, командировки на флотские склады и предприятие «ЭРА».
4 ноября 1977 года корабль вышел из дока и встал к стенке в «Дальзаводе». Через несколько дней нас, электриков сильного тока, вызывают в ПЭЖ и сообщают, что сработала сигнализация о поступлении забортной воды в среднюю электростанцию. Выяснили, что вода поступает из пожарной системы, в колодце не закрыт клинкет. В течение нескольких часов, мы всем отделением по очереди ныряли в этот колодец, но клинкет всё-таки закрыли.
Прибыло новое пополнение, сошли с корабля «годки» и мы, пополнение осени 1975 года, переходили в красный угол кубрика: «Всё! Мы «годки»!
Новый 1978 год мы встречали уже у своего 33го причала. Предстояла новая сдача курсовых задач. В январе курсовые задачи корабль успешно сдал. После короткой стоянки в базе, в феврале, корабли бригады начали постоянно выходить в море. Начались отработки задач с лодками, авиацией и кораблями. Затем начались вестись стрельбы из всех видов вооружения: по три-четыре раза в неделю и днём и ночью. Если отстрелялись ракетами и торпедами идём в «Стрелок», если артиллерией и РБУ идём в «Патрокл» для пополнения боезапаса и заодно в «Галдобин» для пополнения топлива и воды.

Нам объявили, что корабли эскадры готовятся к учениям на которых будет присутствовать генеральный секретарь ЦК КПСС Брежнев Л. И. и министр обороны Устинов.
Вскоре к нашей бригаде присоединился крейсер «Сенявин». В одни из дней, когда производились ракетные стрельбы на ГКП из БЧ-2, поступил доклад, что одна из ракет на носовой пусковой во время пуска не сошла – не сработал двигатель. После отбоя боевой тревоги мы узнали, что один из офицеров БЧ-2 лазил на пусковую и отсоединял автоматику ракеты.
Во второй половине марта все корабли вышли в море, где отрабатывали ход кораблей в кильватере и различных построениях. Я в это время стоял на вахте в КЭС. Командир по КГС объявляет, что «Ворошилов» выходит из строя – уступает место другому (по-моему «Октябрьскому») и идёт с ним параллельным курсом. В это время начинает работать АК-725 по левому борту. Крик командира: «БЧ-5! Снять питание с АК-725!». Подскочил к ГРЩ, вырубил оба автомата, доложил в ПЭЖ, в носовой станции сделали то же самое. До конца учений эти батареи так и были отключены. Потом уже приезжали специалисты – разбирались. Оказалось, что в цепи управления в одном из ??? запал контакт и дал команду на «Огонь!». Только реакция и самообладание командира предотвратили страшное – расстрел соседнего корабля.
В апреле корабли бригады во главе с крейсером «Сенявин» в полном составе ошвартовались в базе. Нам сообщают, что на следующий день прибывает Генсек и министр обороны. На завтра в 10:00 общее построение на всех кораблях. К «Сенявину» подъезжают несколько машин, оттуда выходит группа людей и поднимается на крейсер. Вскоре, оттуда раздаётся рёв сотен глоток: «Здравия желаем!». Затем боевая тревога, выход в море, отработка всех задач согласно учениям и обратно в базу. После этих учений корабль получил звание «Отличный» и бортовой номер 555. Замполит Булгаков получает капитана I-го ранга и уходит на повышение. На его место прибывает новый офицер в звании капитан-лейтенанта (фамилии не помню, поговаривали, что он из морпехов). Вскоре и командир получает капитана I-го ранга. Весь экипаж был рад за него.
Наступил май, пришло новое пополнение. 5 мая 1978 года с корабля сходит первая группа «годков». У электриков сходят – Лопарев А, Кучков В, Осинцев А. Прощаемся, обнимаемся. Особенно долго прощаюсь с Кучковым Валерой – мы с ним с Хабаровска с учебки вместе, в одной роте, в одном отделении, в одной смене, койки рядом стояли!
7 мая неожиданно выходим в море на обеспечение стрельб баллистическими ракетами подлодки. После выполнения задачи ночью 9 мая возвращаемся в базу. 13 мая провожают нас: Худышкина Алексея, Ермолаева Николая и трюмного Быкова Николая. Сошли по трапу на пире, последний раз отдали честь флагу и кораблю, идём к проходной радостные, вышли с базы, оглянулись на корабль и на душе «кошки заскребли», но домой! Домой!
14 мая в 01:00 ночи мы в Тюмени, переночевали у знакомых и с утра пораньше Худышкин домой – он местный, городской; мы с Быковым на ж/д вокзал. Выходим на привокзальную площадь, навстречу нам ведут колонну призывников. Из колонны крики: «Мужики! У нас команда 70! Как там? Жить можно, нет?». Вот тут стало понятно окончательно: «Всё! Мы на гражданке!».
Краткий экскурс по датам:
13.04.1975г – повестка о призыве на службу
13.05.1975г – зачислен в 4-ю роту 2 ЭМШ 9 УОНК
13.11.1975г – прибытие на «Ворошилов»
13.05.1978г – сход с «Ворошилова»

Корабли в ощущениях

Хохлов — Wed, 26 Mar 2014 12:27:48 GMT

Корабли в ощущениях.

Это только с берега однотипные корабли кажутся одинаковыми. Внутри они совершенно разные: и обстановкой, и людьми, и душой. Попав в штаб бригады, я эту разницу ощутил сразу. Причём зачастую отличия были не зрительными, а на уровне ощущений.

Крейсер «Киев». Прозвище «Крокодил Гена» (видимо, по имени командира Г.П. Ясницкого, а также из-за прожорливости). У меня он никогда с крокодилом не ассоциировался. На стоянке «Киев» производил впечатление довольного отъевшегося слона, который щурился своими маленькими глазками (якорными клюзами) на город и как бы говорил: «Хороший, просторный вольер вы мне отвели, вот только хочется подойти поближе к людям, а клетка не пускает». На ходу крейсер преображался. Его отменные маневренные характеристики, которые и не снились кораблям такого водоизмещения, преобразовывали ощущения в ожидание опасности. Это же ощущение исходило от командира В.Н. Пыкова с его пружинящей походкой и «взглядом, о который молодой матрос спотыкался, как о шлагбаум» (цитата из книги Юрия Пахомова «После шторма»). Скорее всего, «Киев» ассоциировался с тигром – самым большим и ловким хищником-одиночкой, который среди барсов-БПК чувствовал себя ничего не боящимся королём. Это впечатление усиливалось при полётах Як-38 из-за рёва авиационных двигателей. Внутри же «Киева» меня не покидало ощущение, что попал на корабль иностранной постройки, но с нашим экипажем. Совсем другая техника, разноцветные коридоры, комфорт в каютах, белый рояль в салоне. А народ вроде наш, но прошедший стажировку за границей, о чём свидетельствуют «птички» на тужурках (некоторые носили чёрные эбонитовые самоделки на рубашках). Поэтому ты вроде и офицер штаба, но, поскольку не прошёл службу на авианосце, то всё равно из более низкого сословия. Интересно, что изнутри «Киев» казался меньше, чем снаружи. Чтобы ощутить его размеры, надо было походить несколько километров по его коридорам, либо зайти на ФКП, внутри которого штаб бригады просто растворялся.

Крейсер «Баку», он же «Адмирал флота Советского Союза Горшков». Ну, это просто младший брат тигра. Причём знающий себе цену, как более молодой, сильный и ловкий. Но признающий первенство старшего брата и на него не претендующий. Вид сверху, когда были видны все 12 контейнеров главного комплекса, добавлял ему агрессивности, а «цилиндр» на макушке как бы говорил: «Я хоть и интеллигент, но по сути я хищник». Иной вид из ходовой рубки, отсутствие на носу РБУ-6000 и пусковой установки «Вихря» создавали внутренний дискомфорт – флагмину вроде бы и нечего делать здесь. К сожалению, многие шишки ему пришлось набивать самостоятельно, и не только из-за особенностей организма, но и из-за того, что семья больше внимания уделяла старшему. БПК «Кронштадт». Поскольку головной корабль целым рядом мелочей, да и более крупных элементов, начиная с имени, отличался от других в серии, казалось, что это старший брат. Причём он значительно старше своих братьев. К тому же только он знает тайну своего происхождения: папа у него другой. Но об этом никто не догадывается, а сам он никогда не признается. Даже офицеры на этом корабле почему-то казались старше, хотя такие же старлеи и каплеи были на соседних кораблях. Иногда он капризничает, ссылаясь на то, что «годковщину никто не отменял». Но мама-бригада всё прощает своему первенцу, и поэтому он, пусть и со скрипом, но верно служит семье и стремится доказать свою нужность. Мама и рада бы отпустить его на охоту (боевую службу) и залижет для этого все его болячки, но Папа не позволяет, поскольку в его отсутствие якобы некому будет присмотреть за младшенькими. Даже для разминки с пойманной дичью (отработки задач в полигоне) старшему брату нужно дольше готовиться, проверяя состояние своего организма и настраивая себя так, чтобы не уронить своего достоинства. В то же время он доверчив и легко откликается на участие в своей судьбе. Любому, кто более-менее проявит чуткость, он втихаря поведает о своих болячках, но не жалуясь, а как бы сетуя: «Вот ведь дожил и до такого».

БПК «Адмирал Нахимов». Бравый наездник-рубака, хоть и в зрелом возрасте. Причём во все времена, а не только, когда им командовал В.Г. Доброскоченко. Иногда даже излишне смелый, не вполне рассчитывающий свои силы. Но неунывающий даже при крупных неудачах. В общем, наш человек, и люди на нём такие же. И как всякий русский, он легкомысленно относится к комфорту, считая его делом наживным, но не обязательным. К работе относится просто, за любое дело может взяться. Правда, сначала может так отметить начало работы, что потом придётся пахать ночью, но к этому ему не привыкать. Славное имя этого мужика – словно колодка медалей от отца. Только есть внутренняя обида, что ныне наградами не очень-то балуют, хотя в молодости он себя показал с лучшей стороны.

БПК «Адмирал Макаров». Серьёзный, вдумчивый. Внешность брюнета интеллигента. Видимо, такое ощущение было от того, что одно время он красился в более тёмный цвет, и большинство офицеров (по крайней мере те, кто по тревоге расписан на ЦКП) были брюнетами. Это офицер, который шьёт себе форму и фуражки не во флотском комбинате, а у подпольного мастера. Он подчёркнуто вежлив, и, как интеллигент, не выставляет своих преимуществ – они и так будут видны. Из-за более светлых шкафутов (катера перенесены за трубу) кажется выше ростом. Он из тех, кто и повседневно носит белую, а не кремовую рубашку. Правда, последняя обновка (ремонт) далась с трудом, но он умеет и недостатки показать так, что они кажутся достоинствами. При этом по нему сразу видно, что он никогда не врёт.

БПК «Адмирал Исаков». Мужик со скрытой силой, накачанной втихаря. Он и по характеру скрытен, немногословен, немного хмур и нетороплив. Правда, в компании он не чужой, но для того, чтобы он раскрылся, нужна особая обстановка. Тогда он становится душой компании, которого все любят и признают его первенство. Вообще-то он трудяга, который тянет свою ношу не без гордости за порученное дело. Свои заслуги не выпячивает, предпочитая награждать свой организм (экипаж) сам. Даже когда внутренние органы начали сдавать, не отказывается от самых ответственных поручений. Пашет до конца, пока ноги носят. Несмотря на почтенный возраст, в «годковщине» не замечен.

БПК «Адмирал Исаченков». Из застоявшихся в загоне жеребцов. Он стремится поскорее выступить на соревнованиях, особенно после того, как залечил болячки и получил новые подковы (прошёл ремонт с модернизацией). Очень гордится новой сбруей (отделкой кают) и горячим наездником – командиром В.В. Сергеевым. Скорее стремится на молодую травку или беговую дорожку, чем в тренажёрный зал-манеж. В то же время умненький, быстро схватывает всё на лету и умело применяет вновь полученные навыки. Очень хочет стать коренником в тройке самых быстрых. Для того, чтобы занять первое место на выставке породистых лошадей, может расстараться на любую работу, хотя сам при этом устанет.

БПК «Маршал Тимошенко». Хотя давно в общем строю, но считает достойным для себя местом быть впереди со знаменем. Это не зазнайство, а привычка быть в передовиках, выкованная неустанным трудом. Кстати, по заслугам уступает, пожалуй, только «Киеву». Любит пошиковать, и даже идя с геморроем в поликлинику (на ремонт) прихорашивается. Глядя на его палубу, вишнёвую от постоянного употребления пенообразователя, и широко накрашенные тиковой краской плинтусы, понимаешь, что он знает себе цену. Иногда у него бывают заскоки, как у «зелёного» проверяющего из Генштаба, но они быстро проходят, а потом он отрабатывает и за себя, и за других. А ещё он из тех строевиков, которые гордятся своей выправкой и не преминут её показать на строевом смотре.

БПК «Адмирал Юмашев». Просто родной дом. Особенно это чувствуется, когда на него попадаешь с других кораблей. Правда, в этом доме живут уже другие люди, но добрые соседи ещё остались, и с ними всегда можно поговорить на «ты». Родные стены ощущаются даже на уровне запахов. Можно наощупь добраться до любого выключателя в темноте. Ноги вслепую отсчитывают ступени трапов – это как дома ноги спросонья автоматически попадают в тапочки.

Так было до второй половины 1980-х. А потом все корабли, словно подсечённые на галопе кони, упали и не смогли встать. Без антенн «Восходов», с выступившей ржавеющей ватерлинией и пустыми коридорами они вызывали нестерпимую муку оттого, что своими силами им уже не помочь. Холодно было не только в опустевших каютах, кубриках и машинах – холодно и больно было душе. Я старался ходить на корабли «отстоя» только по приказанию, иначе не смог бы дальше служить.

Яков Хохлов